История Фэндома
Русская Фантастика История Фэндома История Фэндома

В. Губин [В. Бугров]

ПРОШЛЫЙ ВЕК В КОСМОСЕ

СТАТЬИ О ФАНТАСТИКЕ

© В. Бугров, 1974

Уральский следопыт.- 1974.- 8.- С. 65-67.

Пер. в эл. вид Ю. Зубакин, 2001

"...Гром извержения и подземная пальба с каждою секундой все увеличивались. Вагон качался, словно утлая лодка на морских волнах. При каждом ударе наши путники ожидали, что вот-вот огненная лава и сжатые газы найдут себе проход и выбросят вагон в пространство или вдребезги разобьют его..."

Что это за вагон? При чем тут извержение? Кто эти путники? И - вообще - где все это происходит?

Происходит все, естественно, на страницах фантастического романа. Старого, написанного еще в прошлом веке. Нам показалось любопытным познакомить с его содержанием сегодняшнего читателя, поскольку роман этот в известной степени является своеобразной энциклопедией астрономических и иных гипотез последней трети XIX столетия. Того самого периода, когда в науке, обогатившейся величайшими открытиями, остро назрел, по словам Ф. Энгельса, "конфликт между достигнутыми результатами и укоренившимся способом мышления"...

Главный герой романа - петербургский профессор Михаил Васильевич Осипов.

Вся жизнь профессора отдана решению проблемы межпланетных сообщений. Луна, небесная соседка Земли, таинственная владычица ночного неба, - это о ней по-юношески пылко мечтает Осипов, к ней устремлены все его помыслы.... В конце концов ученому удается изобрести необычайно сильное взрывчатое вещество, названное им - в честь дочери - "еленитом".

Стараниями профессора и главным образом инженера Сломки построен замечательный вагон-граната - надежный космический корабль, в котором предусмотрено все, буквально все, вплоть до буферов с "весьма сильными пружинами", должных ослабить силу удара при падении на Луну. Правда, современный читатель просто не сможет не заметить и кое-каких излишеств - для этого достаточно прочитать хотя бы следующее описание: "Внутренность снаряда походила на футляр для драгоценностей. Обои из толстой шелковой материи, пушистый ковер, покрывавший пол, поднятый на рессорах; мягкий диван кругом стены, изящная люстра в четыре лампы, привешенная к потолку, - все это делало вагон-гранату очень уютным..."

Но повременим с придирками. Тем более, что в Южной Америке, близ Кито, нашими героями уже присмотрен вполне приличный вулкан Котопахи, извержение которого должно произойти в очень удобный для путешественников момент наибольшего сближения Луны с Землей. И жерло вулкана уже соответствующим образом подготовлено. И путешественники, заблаговременно отослав рабочих, уже забрались в свою "гранату". Нажатием кнопки взорваны заряды "еленита", должные открыть путь лаве и подземным газам. И...

"Вдруг ужасающий удар чуть не разбил вагон-гранату. Слуха путешественников достиг глухой рев вулкана, сопровождаемый пронзительным свистом... Несколько миллионов кубических метров подземного газа разом ринулись через кратер. Под их напором вагон-граната в огненном облаке вылетел из жерла Котопахи и менее чем в пять секунд миновал пределы земной атмосферы. Оставив Землю, он понесся в абсолютной пустоте межпланетного пространства..."

Таким-то вот оригинальным способом покидает профессор Осипов родную планету...

Вообще же - каких только способов передвижения в межпланетном пространстве не испытали на себе наши герои!

Попав на Луну, они окрашивают свою "гранату" загадочным лунным минералом, обладающим способностью притягиваться к Солнцу. Но на Венеру и оттуда на Меркурий путешественники летят совсем на другом - куда более реальном, чем фантастический минерал! - корабле: он снабжен огромным параболическим зеркалом и движется за счет солнечных лучей... На обломке Меркурия, буквально оседлав комету, проносятся герои романа к Марсу, на один из спутников которого - Фобос - опускаются на аэростате. Марсианский электролет доставляет их на Марс. Здесь Сломка конструирует корабль, способный - подобно кальмару в воде - "плыть" в метеорном потоке. На этом корабле путешественники отправляются к Юпитеру и от него к Сатурну, где в нужный момент (на исходе электричество, возобновить его запасы негде) вновь попадают на комету - она услужливо несет их к родной Земле...

Книга, о богатстве выдумки в которой свидетельствует уже все вышеизложенное, примечательна многим. В частности, космическая эпопея "В неведомых мирах", имеющая подзаголовок "Необыкновенные приключения русского ученого", состоит из четырех объемистых, до четырехсот и более страниц, романов. Правда, на русский язык переводились лишь два из них, поскольку написаны-то они, что тоже любопытно, младшими современниками знаменитого Жюля Верна - французами Жоржем Ле Фором и Анри де Графиньи. "Путешествие на Луну" и "Вокруг Сольца", первые части тетралогии, появились на французском языке в 1888-1889 годах, уже в 1890-1891 годах они идут с продолжением сквозь годовые комплекты популярного "тонкого" петербургского журнала "Природа и люди", затем их дважды издает П. П. Сойкин; наконец, уже в советское время, в 1926 году, еще раз выходит на русском языке роман "Вокруг Солнца". Выдумка, фантазия Ле Фора и Графиньи поистине неистощимы. Мы уже продемонстрировали, как изобретательно рисуются межпланетные полеты в этих книгах. Крайне разнообразен здесь и, так сказать, "местный" транспорт.

На Луне к услугам путешественников - "нечто вроде лодки на полозьях, которые бесшумно скользят по выемкам, высеченным в лаве". Вниз под уклон, набирая скорость, затем по инерции вверх, и снова вниз, из кратера в кратер, по туннелям, в которые превращены все мало-мальски для того пригодные естественные трещины. Более ста метров в секунду - такую вот скорость, по Ле Фору и Графиньи, обеспечивает на Луне использование езды на санках, известной на Западе под названием "русских гор"!

Здесь же, на Луне, Осипов и его спутники встречают удивительный сигарообразный корабль с реактивным двигателем. В специальной камере этого корабля воспламеняется особое взрывчатое вещество; "образующиеся при сгорании газы вылетают в трубу, обращенную назад, и в силу отдачи толкают аэроплан". Подобно Жюлю Верну (в его романе "Из пушки на Луну"), Ле Фор и Графиньи, казалось бы, совсем вплотную подходят к кардинальнейшему способу преодоления межпланетных пространств. Но - как и у Жюля Верна - дальше их фантазия не идет: принцип ракеты применим, как они полагают, лишь вот в таком - частном - виде транспорта...

По морям Венеры наши герои путешествуют на кораблях, могущих плавать и под водою, и по ее поверхности. Но странные это корабли. С одной стороны, свернув парус и накрыв палубу сводом, их хозяева способны погружаться в океанские глубины - тайное тайных для землян XIX века. А с другой - грубые и несовершенные машины "венузийцев" приводятся в движение не паром или электричеством, а... мускульной силой рабов! И, кстати, на сорокакилометровую (!) гору, откуда путешественники намерены лететь дальше, их доставляет больших размеров повозка, от которой к вершине горы тянется толстая бронзовая же цепь. Там, наверху, все те же рабы навертывают эту цепь на огромнейший ворот...

Зато на Марсе, достигшем, как и Луна, поразительных успехов в машиностроении, герои романа находят и орнитоптеры, движимые тремя парами крыльев, и винтовые аппараты, рассекающие воздух с головокружительной быстротой - около семисот пятидесяти километров а час, и пневматические вагоны, несущиеся в подземных трубах с совершенно уже умопомрачительной для прошлого века скоростью - тридцать километров в минуту!.. Изображая инопланетные виды транспорта, авторы, между прочим, очень наглядно демонстрируют метафизическую ограниченность мышления, которую в науке последней трети XIX века отмечал Ф. Энгельс. За примером далеко ходить не надо. Вам говорит что-нибудь такая величина - 330 метров в секунду? Да, конечно же, это - скорость распространения звука в воздушной среде. Так вот, герои Ле Фора и Графиньи не однажды превышают эту величину. Но превышение скорости звука для наших авторов - обычное количественное изменение, оно не переходит для них в новое качество. Фантасты прошлого века и не предполагают, что существует сверхзвуковой барьер, именно барьер, порог, с преодолением которого непременно связан целый ряд феноменов... Ведь чтобы предполагать это, надо быть диалектиком!

Но пойдем далее. По-своему оригинально рисуют отважные авторы, и мир планет, их природные условия, обитающих в этих условиях разумных существ.

Возьмем для начала хотя бы инопланетные поселения.

Селениты в основном живут в помещениях, вырытых в почве. Однако и на Луне есть вполне приличные города - такова, скажем, столица, в которой обитает несколько миллионов селенитов. Здесь "жилища не были вырыты в земле, подобно" норам кротов, но представляли собою настоящие дома, очень странной, вполне лунной архитектуры: они являли собою сочетание всевозможных геометрических фигур, начиная с цилиндра и кончая шаром".

Ощутимо сказывается местный климат на городских зданиях Венеры: дома здесь "походили на огромные металлические зонтики; их ручки, состоявшие из круглых башен, служили для жилья, а зонтикообразные крыши заключали в себе бассейны с водой, постоянное испарение которой предохраняло обитателей от излишнего жара".

Что же до Марса, то города здесь имеют совершенно земной облик. "Путешественники могли сверху прекрасно разглядеть общую картину города, здания которого по своему стилю удивительно походили на средневековые готические постройки: те же высокие шпили, те же легкие, вытянутые в вышину формы, те же стрельчатые окна, те же остроконечные башни, горделиво поднимающиеся к небу".

Ну, а инопланетяне, обитатели этих не похожих одно на другое поселений? Ведь не секрет, что сегодняшний читатель с особенным интересом выискивает в фантастике конкретные описания иного разума: каков он, каково его обличье?

Луна... "Остолбенев от изумления, старый ученый и его товарищи не без страха смотрели на этих гигантов, имевших по крайней мере двенадцать футов роста. Голова у них была удивительного объема, совершенно не пропорционального туловищу: она качалась на длинной, тонкой шее, казалось, едва державшейся на узких, худых плечах; по бокам болтались костлявые, тощие руки, оканчивавшиеся широкими кистями; непомерно плоская грудь, словно не заключавшая в себе вовсе легких, переходила в столь же плоский живот, а последний - в длинные худые ноги с огромными ступнями. : Круглое безбородое лицо освещалось двумя выпуклыми глазами, лишенными всякого блеска, тусклыми и холодными; ни бровей, ни ресниц у селенитов не было и следа, зато голова была покрыта массою волос, заплетенных в косы; широкий рот, не окаймленный, как у нас, губами, казался простым разрезом на плоском лице. Но самым характерным органом у жителей Луны были огромные уши, расширявшиеся подобно раковинам".

"Они именно таковы, какими я их себе представлял, - опомнившись, утверждает профессор Осипов. - Если у них громадный череп, значит, их мозг развитее нашего; грудь селенитов узка, так как их легкие функционируют под гораздо меньшим давлением, чем на Земле... Словом, что ни возьмите, все зависит от тех условий, в которых живет известное существо..." Эта последняя мысль очень верна, очень точна, но... Впрочем, об этом чуть позже.

На Венере у Ле Фора и Графиньи обитают две расы. Первая чрезвычайно напоминает землян: "Незнакомцы походили на обитателей страны пирамид; продолговатое лицо, обрамленное густой черной, тщательно завитой бородой, совершенно голый череп, черные огненные глаза. Одеты они были в короткие туники, обуты - в подобие древних котурн красного цвета".

Роль рабов на Венере выполняет народ боос. "Эти существа вместо ~ человеческой кожи были покрыты чем-то вроде тюленьей шкуры, ноги оканчивались круглыми плоскими ступнями, походившими на лапы уток, длинные мускулистые руки спускались почти до колен. На пальцах как рук, так и ног находились плавательные перепонки, на плечах сидела круглая голова, с большими глазами, широким ртом, острыми белыми зубами и слуховыми перепонками вместо ушей".

Поскольку Марс много легче Земли (его диаметр почти вдвое меньше земного), сильно отличаются от землян и обитатели "красной" планеты. "Высокого роста, тощие, худые, с огромными ушами и совершенно плешивыми головами, обитатели Марса казались какими-то карикатурными уродами. Но что было у них всего замечательнее, так это широкие кожистые крылья, походившие на крылья летучей мыши; эти крылья служили своим обладателям вместе с тем и одеждою, в которую они драпировались с большим достоинством".

Таковы у Ле Фора и Графиньи инопланетяне При кажущейся оригинальности внешнего облика все они слишком похожи на землян, представляют собою ухудшенные или улучшенные, но всего только слепки с обитателей Земли.

И совсем уже земными оказываются в романах Ле Фора и Графиньи инопланетные пейзажи. В самом деле, попробуйте догадаться: где еще, кроме родной нашей планеты, в каком уголке Солнечной системы могла бы встретиться земным космонавтам хотя бы вот такля картинка?

"За каналом следовал громадный лес, покрывавший берег Центрального океана. Широкая река разрезывало его зеленую площадь на две части... Путешественники увидели значительный город, стоявший посреди болот, на берегу реки.

- Как это похоже на наш Пинск! - проговорил старый ученый..."

Это, дорогой читатель, - Луна...

Но отчего же это так? Отчего, при всем - подчас - отличии от земного, все неземное, все, буквально все инопланетное сводится-таки у наших авторов к сугубо земному?

Это, конечно, не случайно. Открой мы сейчас вместо рассматриваемых романов любое из многочисленной сочинений Камилла Фламмариона (французского астронома, который к концу прошлого века популярностью своих книг едва ли не затмевал даже Жюля Верна) - мы и там обнаружим в иных мирах чем-то отличные от земных и тем не менее изначально земные условия.

Все дело в том, что метафизический способ мышления довлел в прошлом веке над самыми отчаянными фантазерами. Земные мерки и критерии переносились и в космос; разрешая некоторые мелкие отклонения от "нормы", они казались в целом единственно возможными, непогрешимыми, абсолютными. Нужны были серьезнейшие сдвиги в характере самой науки, чтобы вслед за уже достигнутыми результатами (которых в романах тех же Ле Фора и Графиньи отражено великое множество) пришло диалектическое осмысление их, в том числе и осмысление такого - самоочевидного для нас - факта, как проистекающее из разнообразия строения и свойств материи разнообразие ее форм. Лишь в результате этой, говоря ленинскими словами, "новейшей революции в естестовознании" конкретный земной опыт был взорван, потерял оттенок обязательности, абсолютности при сопоставлении его с бесконечностями Вселенной.

Едва ли не символической предстает с этом плане такая деталь в "Необыкновенных приключениях русского ученого".

Ле Фор и Графиньи снабжают своих героев отличными, с трехдневным запасом кислорода в баллонах, скафандрами. Но используются эти последние не так уж часто. Ибо и на Луне, и на Венере, и на Марсе, и даже на Меркурии существует, оказывается, не просто атмосфера, но именно та самая смесь азота с кислородом, какою дышит человек Земли. Лишь на Фобосе, из-за разряженности атмосферы и для марсиан-то служащем чем-то вроде исправительной колонии, да на видимой стороне Луны (высочайшие горные цепи не пропускают сюда воздушные массы с другой половины нашего спутнике) герои романа вынуждены облачаться в скафандры...

Этот неосознанный геоцентризм в описании внутренних условий на иных планетах в разной, конечно, степени, но в целом одинаково характерен для всей фантастики прошлого века. Космическая одиссея русского ученого в изложении Ле Фора и Графиньи - еще одно тому подтверждение.

    Виктор ГУБИН
    Рисунки В. Бубенщикова



Русская фантастика > ФЭНДОМ > Фантастика >
Книги | Фантасты | Статьи | Библиография | Теория | Живопись | Юмор | Фэнзины | Филателия
Русская фантастика > ФЭНДОМ >
Фантастика | Конвенты | Клубы | Фотографии | ФИДО | Интервью | Новости
Оставьте Ваши замечания, предложения, мнения!
© Фэндом.ru, Гл. редактор Юрий Зубакин 2001-2018
© Русская фантастика, Гл. редактор Дмитрий Ватолин 2001
© Дизайн Владимир Савватеев 2001
© Верстка Алексей Жабин 2001