История Фэндома
Русская Фантастика История Фэндома История Фэндома

Евгений Харитонов

О ЖУРНАЛЕ НФ ЗАМОЛВИТЕ СЛОВО...

СТАТЬИ О ФАНТАСТИКЕ

© Е. Харитонов, 2001

Статья любезно предоставлена автором, 2002

            Видно в понедельник их мама родила...
            Песня из к/ф «Бриллиантовая рука»

В статьях и заметках мы часто совершали историко-литературные путешествия по страницам старых журналов. Журналы и в самом деле оказали колоссальное влияние на развитие фантастической литературы. Поэтому обойти вниманием историю фантастической журналистики в России – было бы несправедливо.

Итак, эти заметки посвящены отечественным журналам фантастики.

Журналы фантастики...

Для западного варианта истории НФ понятие «журнальная фантастика» синоним другого понятия – «Золотой век американской фантастики».

У нас тоже была журнальная фантастика, правда, не связанная с жанровыми изданиями. Хотя журналы фантастики были и есть и в России.

Когда-то нам казалось: вот появится в России (в Союзе) журнал фантастики и жить станет лучше, жить станет веселей. Решатся многие проблемы, догоним и перегоним Запад – во всяком случае, в литературно-фантастическом соревновании. Потом они появились. Сразу и много. Вот она, передо мной, раскидавшаяся на полу и на диване – цветастая россыпь журнальных обложек. Названия-названия-названия... Около 40 названий – журналов и газет, вдруг вынырнувших только за первые два-три года После Союза. Броские и не очень, надменные, уверенные в своей исключительности, в том, что пришли в этот мир навсегда, чтобы изменить жизнь к лучшему... Но жизнь не изменилась.

Где они теперь? По крайней мере, большинство из них.

Потом журналы снова исчезли – так же легко и быстро, как и появились – будто залетные гости. А жизнь шла своим чередом – в том числе и фантастическая.

Но если есть фантастика – должны быть и журналы...

Долгий путь к журналу

(1861–1989)

Все любители фантастики давно привыкли к мысли, что самое первое НФ-издание называлось «Amazing Stories», и создал его в 1926 году легендарный Хьюго Гернсбек. Это мнение серьезно поколебала статья Вл. Гакова «Создатели жанра» (см. «Если» № 6, 2001 г.), который выяснил, что все-таки первым журналом фантастики можно назвать шведский «Hugin» («Мысль»), выходящий под твердым редакторским надзором писателя-фантаста Отто Витта с 1916 по 1920 год!

В конце концов, для истории не столь важно, кто посадил первый росток. Важно – у кого он принес плоды. И в качестве садовника Хьюго Гернсбек, конечно же, оказался успешнее своих предшественников.

Но все же...

О пионере НФ журналистики рассказал еще в 1981 году в статье «Созвучный эпохе» («Уральский следопыт», № 5) известный историк фантастики В. И. Бугров (позже очерк был включен в книгу исследователя «1000 ликов мечты», 1988). Не всем читателям доступна увлекательная книга В. И. Бугрова, тем более, что она давно стала библиографической редкостью, поэтому позволим себе повториться. Итак, что же это было за издание?

Пилотный номер «Идеальной жизни» (так назывался сей первенец) увидел свет в октябре 1907 года – за девять лет до старта «Hugin» и за девятнадцать – до «Amazing Stories». Свои задачи журнал определил в редакционной статье: «Мы хотим наших читателей познакомить с наиболее выдающимися произведениями той литературы, которую главным образом интересует жизнь будущего. Мы хотим показать, какие каждая эпоха выдвигала запросы, идеалы и стремления, порой удивительно смелые, порой весьма наивные и фантастические, временами же весьма трезвые и не оторванные от действительности». Как видим, позиция заметно отличалась от гернсбековской, ставившего во главу достижения науки и техники. Создателей же «Идеальной жизни» интересовала не столько наука, сколько – общество, эволюция не технической мысли, а социальной. Проще говоря, перед нами – первый в мире журнал СОЦИАЛЬНОЙ фантастики.

Подтверждая намеченные ориентиры, редакция поместила в первом номере программную статью (видимо, тоже редакционную, т. к. не была подписана), которая так и называлась – «Значение утопий»: «Утопии – не пустая болтовня наивных фантазеров. Лучшего агитационного приема, лучшего, более верного способа пропаганды, более надежного орудия борьбы с существующими предрассудками, неуверенностью, нерешительностью нельзя придумать».

Рождение такого издания в России того периода вполне закономерно: страна переживала серьезные социальные и политические потрясения, для многих вопросы «Что делать?», «Куда ж нам плыть?» не были праздными. А утопическая литература так или иначе пыталась дать ответы на эти вопросы. Показательно название и постановочной статьи Д. Городецкого, помещенной во втором выпуске: «Попытки осуществления идеальной жизни на земле». Впрочем, публикация этого материала так и не была завершена – вероятно, по цензурным соображениям. Разумеется, не из одних статей состояли номера журнала. Опубликовать обещанные в первом номере «Утопию» Т. Мора и «Взгляд назад» Э. Беллами редакция не успела, зато были напечатаны нашумевший в свое время фантастический роман Э. Бульвер-Литтона «Грядущая раса» и утопия У. Морриса «Вести ниоткуда».

Первый в истории журнал фантастики просуществовал всего три месяца, успев выпустить пять номеров – последний, сдвоенный четвертый-пятый, вышел в декабре того же 1907 года.

«Идеальная жизнь» была первым «профильным» изданием, однако фантастика печаталась в журналах и раньше. Например, на страницах старейшего в России научно-популярного журнала «Вокруг света». Почти с самого момента своего рождения в 1861 году (тогда он выходил в Санкт-Петербурге под редакцией Л. Разина в издательстве М. О. Вольфа и имел подзаголовок «Журнал землеведения, естественных наук, новейших открытий, изобретений и наблюдений») это издание отдавало немало страниц под публикацию научных фантазий – как переводных, так и отечественных. В дальнейшем журнал претерпел немало реинкарнаций, но фантастика оставалась его неизменной составляющей. К этому изданию мы еще вернемся. Печатали до революции НФ (в одной упряжке с приключениями и путешествиями) и другие не менее популярные журналы – «На суше и на море», «Природа и люди», «Журнал приключений».

Особое место в этом ряду занимает сойкинский «Мир приключений» (1910–1930), потому что это один из первых в России журналов приключенческой и фантастической прозы, предтеча «Искателя». «Мир приключений» начал выходить в 1910 году в качестве приложения к другому журналу – «Природа и Люди», но уже с 1924 года обрел самостоятельный статус. В 1920-е годы объем фантастических текстов в нем значительно превышал все остальные. На его страницах увидели свет первая отечественная «космоопера» – роман Н. Муханова «Пылающие бездны», произведения Вл. Орловского, В. Никольского, Л. Арабескова, А. Горша и других лидеров советской НФ той поры, много печатал переводной фантастики. Издание было богато иллюстрировано, с ним тесно сотрудничал один из лучших иллюстраторов НФ М. Я. Мизернюк. Но деятельность «Мира приключений» не ограничивалась одной лишь публикаций произведений. Редакция, кажется, первой в стране стала проводить ежегодные конкурсы на лучший НФ рассказ среди начинающих авторов, появлялись на страницах и критико-библиографические материалы.

В 1920-е страна переживала настоящий бум научной фантастики. Такое количество НФ печаталось и издавалось в России разве что в 1990-е годы. И главным двигателем фантастического прогресса в эти годы стали научно-популярные журналы – именно через них проходила основная масса отечественной и переводной НФ продукции. Десятки имен, многие из которых даже не известны современному читателю, десятки произведений, поражающих разнообразием – и «твердая» НФ, и приключенческая, и детективная, и, конечно же, шпионская. Сражения на земле и в космосе, невероятные научные открытия и изобретения, путешествия во времени и в параллельные миры – все это было на страницах журналов тех лет. Ну чем не «Золотой век» в издании НФ!

В 1920-е не уступал в популярности «Миру приключений» и «Всемирный следопыт» (1925–1930) – ежемесячный иллюстрированный журнал путешествий, приключений охоты, спорта и научной фантастики, так же львиную долю содержания отдававший под публикацию новинок НФ и критических материалов. Кроме того, журнал издавал ежемесячные приложения – сборники НФ «Библиотека «Всемирного следопыта».

В эти же годы новую жизнь обрел журнал «Вокруг света». Точнее – обрели, поскольку в 1927 году появилось сразу два издания-однофамильца: один – десятидневный – выходил в Москве в качестве бесплатного приложения к «Всемирному следопыту», другой – «ежемесячный журнал сюжетной литературы, научной фантастики, приключений, путешествий и открытий» – в Ленинграде. Московский (1927–1930) хоть и имел полугазетный облик, существенно выигрывал у ленинградского собрата за счет большего разнообразия содержания. С журналом сотрудничали многие известные фантасты той поры, именно на его страницах впервые увидел свет роман А. Беляева «Человек – амфибия», как и многие другие произведения писателя, довольно много было в журнале очерковых и критических материалов, посвященных НФ, печатались статьи на околофантастические темы (Например, футурологические очерки о городах будущего, науке завтрашнего дня и т. п.).

Впрочем, и ленинградский «Вокруг света» (1927–1931) сделал немало для популяризации НФ, и в первую очередь – зарубежной. Достаточно вспомнить, что в 1930 году по инициативе Я. И. Перельмана редакция затеяла постоянную рубрику «Мастера научной фантастики», в которой публиковались рассказы, повести и фрагменты романов зарубежных фантастов. Каждая публикация сопровождалась предисловиями Перельмана, в которых известный ученый-популяризатор не только представлял авторов, но и подробно рассматривал заложенную в произведении научную идею.

В 1931 году все эти журналы были закрыты, а «Вокруг света» реорганизован, отныне выходил только один журнал под патронажем ВЛКСМ – бледная копия ленинградского предтечи с вялым фантастическим наполнением в духе параноидальной псевдо-НФ 30-х. Так продолжалось до конца 50-х.

С приходом оттепели и появлением «Туманности Андромеды» оживилась фантастическая жизнь. В общем потоке полемических публикаций по различным вопросам фантастической литературы, впервые прозвучала мысль о необходимости специализированного периодического издания. В 1961 году по инициативе А. П. Казанцева была реализована идея выпускать в качестве приложения к «Вокруг света» журнал фантастической и приключенческой литературы. С первых же номеров «Искатель» приобрел феноменальную популярность, хотя оказался не ежемесячником, как хотелось, но выходящим раз в два месяца изданием. По типу он, скорее, напоминал альманах, однако помимо художественных произведений в книжечках «Искателя» образца 1960-х время от времени публиковались научно-популярные, критические и историко-литературные материалы. Благодаря сотрудничеству с журналом Е. П. Брандиса, в «Искателе» некоторое время фигурировала рубрика «Листая старые страницы», в которой публиковались забытые произведения из довоенных журналов. Но все эти журнальные элементы, к сожалению, не прижились в «Искателе» – уже к 1970-му году его номера превратились в сборники произведений, причем фантастику серьезно потеснила детективная и приключенческая литература. И все же отдадим должное первопроходцу отечественной НФ-периодики: немало лет он добросовестно утолял читательский голод, немало интересных авторов сообщило о своем существовании с его страниц.

В какой-то степени отсутствие журнала восполнял поистине культовый альманах «НФ» (1964–1992), рожденный в недрах издательства «Знание». С формальной точки зрения, это были, конечно же, сборники (Начиная с 16-го выпуска они почти все выходили в твердом переплете), но с элементами журнальной модели: постоянным в альманахе был обширный критико-публицистический раздел, в 1979-м добавилась информационная рубрика «Меридианы фантастики», освещавшая наиболее примечательные события фантастической жизни планеты за последние год-два.

Журналов НФ в чистом виде у нас не было, и все-таки 1960–1980-е в истории отечественной фантастики смело можно назвать «журнальным периодом» – самые интересные образцы НФ бытовали в журналах – научно-популярных: «Техника-молодежи», «Знание-сила», «Химия и жизнь», «Юный техник»... Эти же журналы были единственным пристанищем для молодых авторов, «кузницей НФ кадров». И не только НФ. Достаточно вспомнить, что модный Виктор Пелевин дебютировал в конце 80-х в «околофантастическом» журнале «Знание-сила». Время от времени «заигрывали» с фантастикой и журналы сугубо литературные – «Аврора», «Иностранная литература», чаще – рижская «Даугава», а в сугубо научном гуманитарном издании «Советская библиография» (ныне – «Библиография») в 1980-е появилась даже регулярная рубрика «Библиография фантастики», долгое время добросовестно заменявшая отсутствующий и поныне жанровый критико-библиографический журнал. О расплодившихся в разнокалиберных газетах в 70–80-е всевозможных «страничках КЛФ» во избежание «размывания» темы умолчим, обойдем стороной и фантастический самиздат – это тема отдельного материала. Хотя нужно заметить, что фэн-пресса в СССР – это результат, прежде всего, как раз отсутствия профессионального жанрового издания.

Но вернемся к «кузнице кадров». Самым значительным явлением тех лет стал «Уральский следопыт». Именно этот журнал два десятилетия выполнял функцию несуществующего специализированного периодического издания. В 1966 году туда пришел Виталий Бугров, и «Уральский следопыт» стал первым и единственным периодическим изданием, где появилась не рубрика... Нет, официальный Отдел фантастики. Талантливый редактор В. Бугров по крупицам собирал рассыпанные по стране таланты. Сегодня даже затруднительно перечислить всех авторов, прошедших через школу «УС». Примечательно, что с 1960-х журнал не просто систематически публиковал отечественную НФ, но и отдавал ей предпочтение в объеме. В 1991–1992 годах была даже предпринята попытка создать журнал НФ «Аэлита» внутри журнала – со своей обложкой, персональной нумерацией.

И еще один немаловажный момент.

Как с читательского раздела Forum в «Amazing Stories» начался американский фэндом, так с рубрики «Мой друг – фантастика» и ежегодной НФ викторины «Уральского следопыта» начался фэндом отечественный. «Следопыт» выполнял функцию не только печатного органа фантастов и критиков, но координационного центра любителей фантастики. Стоит ли напоминать, что именно при непосредственном участии журнала в СССР был проведен в 1981 году первый конвент «Аэлита» и учреждена одноименная профессиональная премия в области фантастики – опять же первая в стране.

Вспоминая о предтечах российской НФ журналистики необходимо упомянуть и тематические номера, целиком посвященные НФ. В числе первых выступил ныне не существующий критико-библиографический журнал «Современная художественная литература за рубежом», в 1975 году (№ 4) целиком посвятивший номер критическим, обзорным и библиографическим материалам, посвященным зарубежной НФ. Фантастике Чехии и Словакии посвящен № 8 за 1986 год журнала «Панорама чешской литературы», тоже ныне прекратившего свое существование. В этом ряду вспомним и «фантастический номер» еженедельника «Книжное обозрение» (1987). В этом же ряду можно вспомнить и «Роман-газету», с 1984 года практиковавшая ежегодные «фантастические номера». Тогда же, в 1980-е, в Ульяновской области вышел единственный номер первой в стране НФ газеты «Великое кольцо» (1983), содержание которой, правда, составляли в основном перепечатки.

Но ближе всех к концепции журнала НФ подошел минский журнал «Парус». В 1988–1990 гг. каждый седьмой номер года целиком отдавался «на откуп» фантастике. В 1990-м из этих «семерок» родился первый отечественный настоящий журнал НФ «Фантакрим-MEGA»...

Журнальная лихорадка

(1990–1991)

Это случилось в 90-м...

Мы ждали один... ну, максимум, два журнала. Ведь количество редко перерастает в качество. Но в едва приоткрывшуюся щелку дозволенности рванул бурлящий, пенистый и необузданный поток журналов, журнальчиков, газет и газетенок, альманахов и чего-то еще в том же роде. Все претендовали на роль Первого и Единственного. Все грозились быть регулярными. Однако 90 процентов из них не преодолело даже порог пилотного номера, так и оставшись опытными образцами, еще меньше вытянули несколько номеров, и уж совсем немногие протянули хотя бы год. Лозунг «Больше журналов хороших и разных!» был выполнен только частично. Точнее реализовались почти на 100 процентов только первая («Больше!») и последняя («Разных!») части воззвания.

Итак, они пришли к нам. На один-два дня – журнал НФ и фэнтези «512» (Москва, 1991), журнал фантастики, приключений и юмора (Sic!) «Зеро» (СПб, 1990), информационно-литературный журнал фантастики и приключений «Контур» (Ростов-на-Дону, 1991), «Мир и фантастика» (СПб., 1990; ред. Б. Стругацкий), «Наука и фантастика» (Киев, 1990), еще одна «Наука и фантастика», но московская (1991), «Сфинкс» (Москва, 1991), «SOS: Сериал Острых Сюжетов» (Москва, 1991), «Независимый журнал НФ литературы, увлекательных гипотез и документов» (еще раз – Sic!) «Фантастика для всех» (Москва, 1991), дайджест фантастики «Плюс-минус бесконечность» (Москва, 1990), еще один дайджест-журнал «FPM: Фантастика-Поп-Маркет» (Кишинев, 1991), журнал эзотерической фантастики (с уклоном в дьявольщину и кабалистику, даже тираж издания, мягко говоря, символичен – 666 экз.) «Азазель» (Москва, 1991); в Киеве даже предприняли издание еженедельной газеты НФ «Великое кольцо» (1991; ред. Е. Шкляревский), осилившей, однако, только несколько номеров. Еще одна НФ газета в 1990 году родилась во Владимире – «Галактические новости». В ней было много перепечаток переводных произведений, много репродукций из альбомов известных художников, не было главного – обещанных новостей. Последний, 8-й номер, датирован 1994-м годом. Я не оговорился, «Галактические новости» – ГАЗЕТА. Ах, вас смутила периодичность издания? Ну-у, какая мелочь!..

Предпринимались попытки вывести на профессиональные рельсы и некоторые из фэнзинов. Многообещающе, казалось, стартовал в новом статусе (хоть и под патронажем Обкома ВЛКСМ) тогда еще ленинградский информационно-литературный бюллетень «Измерение Ф» (1990). Выпустив три номера, редакция поменяла название («Измерения: Журнал фэнтези и научной фантастики»), формат и... ничего не выиграла. С одной стороны, вроде бы все имелось в этом журнале, чего так ждали фэны: повести и рассказы зарубежных и отечественных авторов, критика, интервью, фантастический юмор, новости фэндома, даже комиксы в черно-белом исполнении. Не было главного: цельности, логики. А проще говоря – понимания создателями журнальной специфики. Постепенно издание превратилось в издательский курьез, когда, изрядно прибавив в объеме, стало выходить в твердом переплете. Представляете себе, «кирпич» объемом с основательную антологию, зато с горделивой надписью: «Журнал фантастики»?!

Другой фэнзин, попытавшийся пробиться в профи – ленинградский же «Сизиф» (ред. А. Николаев), даже несмотря на обилие в нем качественной НФ прозы, качественной же критики и библиографии, просто не мог «взять» рынок в силу литературной «местечковости», замкнутости на авторах одного круга – выходцев питерского Семинара Б. Н. Стругацкого.

Пример с «Сизифом», кстати, показателен и красноречиво продемонстрировал одну из главных стратегических ошибок многих журналов «первого созыва». Это – непонимание аудитории и рыночных законов. Большинство редакторов-издателей были выходцами из фэндома и ставку делали на таких же фэнов. Но оказалось, что потребитель НФ – вовсе не обязательно тоже фэн. Нам казалось, что нас много, в то время как мы были меньшинство, а профессиональная журналистика подчиняется совсем другим – часто полярно противоположным – законам, чем журналистика любительская: то, что интересно обитателю фэндома, не интересно ПОКУПАТЕЛЯМ и ПОДПИСЧИКАМ, за счет которых, кстати, журнал и удерживается на рынке. Фэнзины не выдержали испытания тиражом. Одной любви к фантастике оказалось недостаточной для превращения фэнзинов в профессиональные, КОММЕРЧЕСКИЕ издания.

Да, журналы-то действительно пестрели внешним разнообразием (Например, весьма любопытным и стильным оказалось издание под названием «Черный журнал», продержавшееся где-то с год), не обнаруживалось среди них, пожалуй, только долгожданного ЖУРНАЛА ФАНТАСТИКИ – единственного и абсолютного.

Издательско-редакторско-журналистский непрофессионализм лез из всех щелей. Прежде всего, создатели т. н. «журналов НФ» весьма плохо себе представляли различие между собственно журналом и альманахом. А зачастую путали даже понятия «журнал» и «сборник произведений». Один из типичных таких «путаников» – днепропетровский «Публицистический и литературно-художественный журнал» «Кентавр» (ред. М. Ларин). Скажу сразу, публицистикой в этом издании даже и не пахло. Зато издатели с легкостью отдавали номер под публикацию одного-единственного произведения.

В те годы наметилась еще одна знаковая тенденция: совмещение под одной обложкой схематически родственных направлений – фантастики и детектива. От авторитета «Искателя» оказалось не так-то просто избавиться. Появившиеся в 1991-м «Сокол» (Москва) и «Мечта» (Новосибирск) оказались двойниками «Искателя». В том же направлении развивался московский «Фандет-экспресс» с той лишь разницей, что редакция не пудрила мозги, а прямо сообщило, что это «АЛЬМАНАХ».

Вовсе уж казусным изданием оказался московский литературно-художественный журнал «Приключения и фантастика» (1991–2000). Аналогов этому журналу, кажется, нет в мире. Юрий Петухов был одновременно издателем, редактором и ГЛАВНЫМ автором издания. Объективности ради выдели иллюстративный материал оригинальных художников Романа Афонина и Алексея Филиппова (последний с 1999 г. – один из основных иллюстраторов «Если»).

Но других изданий ожидали читатели. Совсем других. Ведь что такое журнал фантастики: это, во-первых, полигон для обкатки новых произведений, новых имен; во-вторых, это средоточие информации из мира фантастики, центральный орган не только писателей-фантастов, но и критиков-фантастоведов, чутко реагирующий на изменения в литературном процессе. От журналов ожидали, что они, наконец, утолят информационный голод – долгие десятилетия любители фантастики существовали в условиях жесткого дефицита не только самой НФ, но и информации. Что же стали предлагать появившиеся журналы? Попытка издателей угнаться за двумя и более зайцами привела к тому, что заявленная фантастика оказалась в роли сопроводительного материала, например, к юмору или детективу, или вовсе к околонаучным статьям. Редакторы заполняли пространство суррогатом из статей и информаций, посвященных аномальным явлениям, загадочным фактам истории (даже не литературной), перепечатками из «Техники-молодежи» и «Науки и жизни»... Обделенными оказались не только читатели, но и авторы, критики-фантастоведы, библиографы...

Наконец, существует еще один немаловажный момент. В начале 90-х дефицит фантастики обратился ее избытком, перепроизводством. На читателя обрушился мутный поток литературных нечистот, из которого очень непросто оказалось выуживать золотые песчинки. И читатель вправе был надеяться, что журналы организуют, наконец, литературный процесс внутри фантастики. И дело не только в наличии новых имен и произведений, но и в качественном уровне переводов. Увы, этого не произошло – издательства и журналы питались из одной кормушки. А при таком раскладе надобности в СПЕЦИАЛИЗИРОВАННОМ ИЗДАНИИ – никакой.

Все-таки, наличие мягкой обложки, журнального формата и надписи «Журнал фантастики» еще не означает, что перед нами – действительно журнал. Издание журнала или газеты подчиняется своим незыблемым принципам: строгая периодичность + выкристализованная модель, т. е., повторюсь, наличие не только художественных текстов, но и критико-библиографико-информационного корпуса, отражающего и анализирующего как текущий процесс, так и историю предмета.

Создатели же «журналов НФ», торопясь забронировать место Первого, не сильно заботились о таких пустяках, как владение ПРОФЕССИЕЙ ЖУРНАЛИСТА. Но журнал – не «перпетуум мобиле», а старт – еще не полет. Полет не состоялся. Да и вместо старта имел место скорее фальстарт.

Так что, первую волну отечественной НФ периодики сгубил непрофессионализм редакторов, решивших, что журналистика – это просто.

Профессия жестоко отомстила.

Впрочем, нельзя сбрасывать со счетов и тот факт, что первые отечественные журналы НФ стали рождаться не в самый благоприятный период для создания новых периодических изданий – 1991–1993 гг. По стране прокатилась разрушительная волна павловско-гайдаровских экономических реформ, завершившаяся в 1993 году чудовищной инфляцией, раздробившая основание вообще всей журналистики. Что там жанровые малолетки – закрывались солидные издания!

Но стремление во чтобы то ни стало обеспечить страну НФ периодикой оказалось сильнее экономических обстоятельств.

Эксперименты продолжались.

«MEGA» и другие

(1991–1995)

В 1991–1995 годах журнально-фантастическую политику определял минский журнал «Фантакрим-MEGA» (ред. Е. Шур). Это было первое издание, созданное в соответствии с каноном НФ периодики. И это легко объяснимо: журнал делали ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЕ ЖУРНАЛИСТЫ, к тому же хорошо разбиравшиеся в фантастической жизни. Журнал родился в недрах издательства «Эридан», а сделали его журналисты, готовившие» знаменитые «семерки» «Паруса». Пилотный номер вышел в 1990 году, оформленный художником Валерием Слауком. Одним из основных ноу-хау журнала как раз и являлись – дизайн, внутреннее оформление журнала, заслуга художника и дизайнера Валерия Рулькова. Журнал не только отражал, но и реально влиял на текущий литературный процесс НФ. На его страницах гармонично уживались отечественная и переводная НФ, литературная и кино-критика, история НФ и библиография. Примечательно, что в условиях умирания жанра рассказа «Мега» активно развивала именно малую и даже сверхмалую формы. Например, постоянной была рубрика «Ненаписанные романы», отданная на откуп авторам НФ миниатюр – отечественным и зарубежным. Практиковал журнал и тематические номера. За шесть лет своего существования «Мега» переживала взлеты и падения тиража и, наконец, в 1995 году экономика окончательно раздавила журнал. В 1998 году редактор журнала Ефим Шур попытался реанимировать «Мегу», но вышедший 25-й юбилейный номер по всей видимости оказался последним, точкой в истории журнала.

Но все это не означает, что «Мега» существовала в гордом одиночестве.

Из недолговечных проектов того времени выделялся хабаровский «Альманах фантастики для детей и взрослых» «Мир чудес» (1991, 6 номеров). И хотя в подзаголовке это издание заявлено как альманах, формат, объем и внутренняя модель у него скорее журнальные – грамотное соотношение прозаических текстов, критики, библиографии и информационного блока. «Мир чудес» выделялся в полку своих собратьев уже хотя бы оригинальностью замысла (хотя, конечно, и проигрывал по части полиграфического исполнения). Ведь – чего греха таить – с фантастикой для детей у нас, мягко говоря, неважно. И вот что немаловажно: создатели альманаха не ограничились публикацией произведений опытных авторов. Добрая половина помещенных в издании произведений принадлежит перу юных фантастов. При этом чудесным образом уживаясь с рассказами Воннегута или Толкина... А, собственно, почему бы и нет?

Московский «Всероссийский журнал фантастики» «Четвертое измерение» (1991–1992) выстоял два полных года, успев выпустить 8 номеров и снискать скандальную репутацию (правда, исключительно в фэнских кругах. Буря в стакане, одним словом). Связано это, по большему счету, с личностью главного редактора – критика и библиографа Александра Осипова, фигуры неоднозначной и противоречивой в истории отечественной НФ. Журнал был скупо оформлен, смущала интонация некоторых критических материалов, однако, соблюдая объективность и не беря в расчет содержательное наполнение, стоит признать, что в ряду большинства вышеназванных изданий «Четвертое измерение» стоит все же ближе к модели журнала фантастики. Журнал ориентировался только на новые произведения отечественных авторов, в каждом номере присутствовал критико-публицистический раздел, раздел рецензий и, что немаловажно, текущая библиография книжной фантастики. Авторы журнала – особь статья, но не обошлось и без литературных открытий: из ныне раскрученных фантастов со страниц «Четвертого измерения» стартовали Владимир Ильин, Валерий Роньшин, Алексей Цветков и Евгений Прошкин.

В 1993 году А. Осипов предпринял вторую попытку, но пилотный номер «Альтаира», в целом повторявший модель предшественника, оказался и последним.

Интересным проектом был алма-атинский журнал «Миры», придуманный фантастами Аланом Кубатиевым и Сергеем Лукьяненко. Издание на 80 процентов ориентировалось на произведения русскоязычных авторов и, нужно сказать, произведения эти были высокого качества, печатал журнал и критику, интервью. Именно здесь впервые был опубликован канонический меморандум Алексея Свиридова под названием «Малый типовой набор для авторов фэнтези». Пилотный номер «Миров» вышел в 1992 году под названием «Чудеса и диковины», последний – 5-й – в 1993-м. У журнала было свое лицо – внешнее (дизайн) и содержательное, но законы рынка неумолимы.

Еще один интересный журнал, на этот раз рожденный силами одесситов и киевлян – «Одессей» – родившись в 1993 году, выдержал, если не ошибаюсь, только 2 номера.

Немногим дольше продержался днепропетровский «Молодежь и фантастика» (1991–1993). Журнал почти не печатал критики, но выдерживал качественный уровень в отборе художественных текстов. Впечатление от журнала изрядно портило его оформление: обложки издания больше всего напоминают не то «Пионер» 70-х, не то «Мурзилку» всех времен.

Целиком англоязычной НФ был посвящен питерский журнал «Солярис» (ред. Б. Крылов; 1990–1992). Собственно первоначально это даже не был журнал в буквальном смысле этого слова – первые выпуски представляли собой сборники переводов, но к 1992 году «Солярис» стал позиционировать себя в качестве периодического издания, однако, практически не изменив структуру, разве что добавил небольшой раздел критики.

Не секрет, что потребность в критико-библиографических изданиях в России большая. Попытки создать такой журнал предпринимались в Санкт-Петербурге дважды. К сожалению, оба оказались недолговечными, но заняли достойное место в истории отечественной НФ журналистики. Прежде всего, это «Интеркомъ» (ред. А. Чертков; 1991–1993). Журнал появился в формате фэнзина, но уже третий номер вышел в типографии восьмитысячным тиражом. Цель издания – отражение фантастической жизни планеты, будь то проведение конвентов или выход книжных новинок (рецензировались даже книги, вышедшие на других языках). Большое внимание «Интеркомъ» уделял теоретическому фантастоведению и текущей библиографии. Не долгим оказался век и у семипрозина «Двести» (ред. С. Бережной и А. Николаев; 1994–1996), посвященного анализу литературного процесса исключительно в русскоязычной НФ и фэнтези.

Особняком в «журнальной семье» стоит московский «Фантастический альманах» «Завтра» (1990–1995), выделяющийся бесподобным авангардным дизайном. Большого формата и объема это издание не предназначено для чтения в метро. Созданные профессиональными журналистами, писателями и социологами, «Завтра» – самый элитарный из всех когда-либо выходивших в России журналов и альманахов НФ, рассчитанный на интеллектуальную элиту. Свои задачи создатели альманаха определили так: «Отражение в литературе страхов и отчаяния человечества в наше страшное и отчаянное время; попытки воссоздать в литературных образах те общественно-политические идеалы, к которым всем нам надлежит устремляться; простое, незамысловатое удовольствие от чтения – непременное условие при разрешении первой и второй проблемы». Ну, относительно «простого, незамысловатого чтения» редакция явно лукавила. Тексты, помещенные в альманахе – не самые просты по восприятию. «Завтра» ориентировалось на публикацию социальной фантастики высшего качества. Но не только художественные тексты наполняли выпуски – в каждом номере помещались исследования социологические, футурологические, публиковались даже манифесты политических партий прошлого. Концепция «Завтра» ближе всего к той, которую проповедовали создатели «Идеальной жизни»: фантастика как орудие познания общественно-политических механизмов. Альманах прекратил свое существование в 1995 году, выпустив пять выпусков – столько же, сколько и его предшественник «Идеальная жизнь».

В 1994 году в Москве появился журнал с неудобоваримым названием «Сверхновая американская фантастика» (ред. Л. Михайлова), купившая права у «The Magazine of Fantasy and Science Fiction». В пилотном номере редакция так заявляла о своих задачах: «Сверхновая американская фантастика» – русская версия «F & SF». Но могут спросить, на что мы надеемся, затевая новый журнал в наше, столь неблагосклонное ко всем начинаниям время? Именно на то, что это не просто новая, а сверхновая фантастика. Никому, кроме относительно немногих читающих по-английски любителей, у нас неведомая». Редакция обещала на своих страницах литературно-критические статьи, «которые высветят наиболее интересные тенденции», «обзоры кино и видеофантастики», информацию о «свежих новостях в мире НФ»... Ничего этого в журнале вы не найдете. Правда, на его страницах был опубликован ряд интересных библиографических исследований зарубежной НФ (Например, основательный справочник по китайской фантастике). «Сверхновая» родилась тогда, когда основной потребитель насытился переводной НФ и требовал блюда отечественного производства. Уже к 1995-му журнал сбился с периодичности, Худо-бедно он выходит и поныне. Но главная причина коммерческого провала «Сверхновой» даже не в насыщенности рынка переводной НФ. Замкнувшись только на авторах «F & SF» и оставив за пределами своих интересов всю остальную фантастику, журнал с самого начала обрек себя на постепенное вымирание. Ведь «F & SF» – отнюдь не законодатель мод, не делает он всей погоды в НФ. Даже запоздалые попытки расширить фантастическую географию (в том числе и за счет отечественных авторов) – не исправили положения. Поезд ушел.

Интерлюдия. «Если»

(1991 –)

К 1995 году только стремительно эволюционировавший московский «Если» (ред. А. Шалганов) остался на плаву – единственный стабильный журнал, выдерживающий периодичность и соответствующий требованиям рынка. Пилотный номер «Если» увидел свет в октябре 1991 года. К нынешней модели редакция пришла не сразу. До 1996 года издание имело подзаголовок «Журнал фантастики и футурологии», т. к. на его страницах помимо художественных текстов публиковались научно-популярные и публицистические материалы с обязательным элементом прогноза. До 1994 года не появлялись в журнале и отечественные авторы. К 1996 году журнал прошел серьезную трансформацию: во-первых формат A4 был заменен на «книжный», во-вторых, научно-популярные статьи вытеснили жанровая критика, история НФ и раздел «Видеодром», посвященный кинофантастике. Постепенно увеличился и объем. «Если» и сегодня остается самым толстым литературным журналом фантастики в мире и законодателем «фантастической моды» в России. Наряду с качественной прозой отечественных и зарубежных фантастов, на его страницах регулярно публикуются литературные и кино-обзоры, рецензии, статьи по актуальным проблемам жанра, история литературной и кино-фантастики, интервью, новости НФ и фэнтези. В 2000 году на Европейском конгрессе писателей-фантастов (ЕВРОКОН) в Польше российский журнал «Если» был признан лучшим журналом фантастики в Европе, а в 2001 году издание отпраздновало свое 10-летие и, одновременно, выход 100-го номера. За десять лет журнал опубликовал более 600 рассказов, повестей и романов около 400 авторов, свыше 600 критических и публицистических материалов, обзоров и интервью, около 370 книжных рецензий и около 200 рецензии на новинки фантастического кино.

История «Если» продолжается...

Повторение пройденного

(1996–2001)

Но один журнал – хорошо, а несколько – лучше. Хорошо, когда есть несколько изданий, способных конкурировать, при этом четко разделивших «сферы влияния». Попытки увеличить фонд жанровой периодики продолжаются и сегодня. Как и в любой уважающей себя стране, журналы НФ рождаются, умирают, на их смену приходят другие... На номер-два-три. Чтобы уступить место следующим.

В Екатеринбурге в 1996-м отправился в недолговечное плавание «ПиФ» под редакцией И. Г. Халымбаджи, родились и тут же скончались киевская «Империя» и «Фантарктика» из Йошкар-Олы.

В Перми с 1997 года с кряхтением, на голом энтузиазме, номер-три в год выходит упрямый семипрозин «Лавка фантастики», издаваемый фантастом Вячеславом Запольских и наполненный удивительно интересными и познавательными материалами.

В 1999 году в Москве материализовался аляповато-фэнтезийно-славяно-киевский «Никитинский альманах» «Фантастика. XXI век», открывающийся призывом: «Альманах нужно купить!». Ю. Д. Петухов просил низко кланяться. Впрочем, не в пример редактору-автору «Приключений и фантастики» «Никитинский альманах» состоит не из текстов «мэтра», но из произведений его учеников. Вероятно, в нагрузку также редакция и под тем же названием затеяла в 2001 году выпуск газеты.

Куда более симпатичная, насыщенная полезной информацией, неплохими статьями и прозой газета под названием «Гном» выходит с 1999 года в Астрахани. К сожалению, несправедливо мизерным тиражом – 500 экз.

В 2000 году в Подмосковье родилась «Звездная дорога», ориентированная исключительно на русскоязычную НФ и фэнтези, но начавшая свой путь в «большую жизнь» с нагловатого заявления, что они первые в России, наделав кучу срамных ошибок в обзорных статьях, но все еще держащихся на плаву.

В том же 2000-м в Москве возник красочный, глянцевый «Фантом» (эдакий «Playboy» для тинейджеров). Попытка создать журнал НФ для «золотой молодежи», сделать НФ еще одной модной, стильной «фишечкой», подогнать фантастику под эстетику «кислотной», дискотечной культуры – не оправдали себя: в 2001-м, после 4-го номера «Фантом» благополучно скончался по причине «нерентабельности». Хотя, может быть дело в названии. Это как с кораблями (См. «Приключения капитана Врунгеля»). Автору данных строк известно как минимум с десяток журнальных проектов под именем «Фантом». Ни один из них не выжил. Фантом – он и есть фантом.

Наконец, опять же с 2000 года в недрах издательства «Центрполиграф» производится ежеквартальный альманах с журнальными элементами (наряду с прозой здесь довольно объемный отдел критики и публицистики, есть даже блок рецензий) с громким именем «Наша фантастика»...

Казалось бы, журналы НФ продолжают свое существование. Но реально-то, по сути, во всем СНГ остается всего один ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ журнал. С выкристаллизованной годами моделью, сложившейся редакционной политикой, не всех читателей-авторов, чего уж греха таить, устраивающей. Но это – естественно, во всем мире каждый журнал придерживается своей политики, системы авторских и жанровых предпочтений. 90 процентов отечественных изданий потому ведь и сошли с дистанции, что не определились с концепцией – четкой и единственной, но стремились угнаться за двумя зайцами. Один журнал не способен (да и не должен!) утолять все вкусы. Вот и приходится завершать наш обзор на невеселой ноте: разве не грустно, что на такую гигантскую страну существует всего ОДИН профессиональный журнал фантастики, в то время как даже в маленькой и не самой богатой Болгарии выходит ТРИ ОБЩЕНАЦИОНАЛЬНЫХ периодических изданий НФ и фэнтези?

Есть над чем подумать...

Е. В. Харитонов,

август 2001 г.



Русская фантастика > ФЭНДОМ > Фантастика >
Книги | Фантасты | Статьи | Библиография | Теория | Живопись | Юмор | Фэнзины | Филателия
Русская фантастика > ФЭНДОМ >
Фантастика | Конвенты | Клубы | Фотографии | ФИДО | Интервью | Новости
Оставьте Ваши замечания, предложения, мнения!
© Фэндом.ru, Гл. редактор Юрий Зубакин 2001-2017
© Русская фантастика, Гл. редактор Дмитрий Ватолин 2001
© Дизайн Владимир Савватеев 2001
© Верстка Алексей Жабин 2001