История Фэндома
Русская Фантастика История Фэндома История Фэндома

Евгений В. Харитонов

МАСТЕР ПРОВОКАЦИЙ

(Заметки о книгах Олега Дивова)

ФАНТАСТЫ И КНИГИ

© Е. Харитонов, 2001

Если.- 2001.- 2.

Статья любезно предоставлена автором, 2002

Возможно, что заголовок получился вызывающий и отчасти смахивающий на ярлык. Однако читатели, наблюдающие за творческой эволюцией Олега Дивова и следящие за жаркими дискуссиями вокруг его последних книг, поймут, что критик не слишком преувеличил, озаглавив таким образом литературный портрет московского фантаста.

Больше всего он похож на рок-тусовщика или, на худой конец, "героя асфальта". Волосы - до плеч. Любимый цвет - черный: черная куртка, черные джинсы, черные "козаки". Темные очки. Ироничная полуулыбка. Словом, типичная маска образованного скептика. Этакий ироничный интеллектуал, знающий себе цену. А если верить его текстам, то он знает и то, что такое Настоящий Мужчина, каких женщин тот должен любить, какие ценности (духовные и материальные) отстаивать.

Доброжелателен, но умеет держать дистанцию. Даже с друзьями. Даже за рюмкой. Общителен, но аристократически сдержан, больше предпочитает слушать и наблюдать. Его литературные и философские предпочтения лишь в намеках и полунамеках. Кажется, они не вполне ясны и ему самому - где-то на уровне интуиции.

Его поколение, вскормленное западной рок-музыкой 70-х и родимой подпольной рок-культурой 80-х, фантастикой Стругацких, но и Ефремова, успевшее с пионерским галстуком и комсомольским значком вдохнуть смутные идеалы социалистической империи, наплевать на них с высокой колокольни, чтобы затем не поверить в еще более смутную концепцию недореформенной недокапиталистической России. Поколение, затерявшееся меж трех эпох.

В книгах "поколения пограничников" удивительным образом сожительствуют незамутненно-романтический максимализм и интеллигентско-постсоветский цинизм. Их то и дело бросает от абсолютного отрицания социального детерминизма (а вместе с ним и Государства как персонажа) к апологии порядка, они то попадают в замысловатые мифопоэтические тенета и демиургические игры, то вдруг вступают в столь тесные связи с объективной реальностью, что начинают высказываться с газетно-публицистической прямолинейностью.

В романах Олега Дивова наиболее отчетливо проявлен интерес российской фантастики рубежа веков к Структурам. Его герой - человек внутри Структуры (даже если это стая). В поле художественных интересов фантаста - психология представителей профессиональных (клановых, цеховых, etc) структур-компаний. В конечном итоге Олег Дивов олицетворяет в нашей НФ-прозе тоску по упорядоченному миру.

В фантастическом пространстве он материализовался самостоятельно. В смысле, сам по себе - не из фэновской среды. До 1998 года он вообще старательно избегал сближения с "тусовкой". Да и сегодня О. Дивов редкий гость на всевозможных конах, фестивалях и конгрессах своего цеха. Может быть, поэтому его довольно долго игнорировала жанровая критика и жюри фантастических премий. Только после выхода "Выбраковки" Олег Дивов оказался в центре критического внимания. В течение прошлого года он был обласкан призом "Бастион-2000" от одноименной литературно-философской группы (Москва), призом фестиваля "Звездный мост-2000" (Харьков), премией "Фанкон-2000" (Одесса). Но самая экзотическая в этом скромном списке - премия Харьковского университета внутренних дел, врученная московскому литератору... за точность в отображении деятельности спецслужб и создание позитивного образа их работников!

Однажды не без иронии он заметил: "Стоит тебе четко позиционироваться на литературном рынке как "писателю", ты попадаешь в зону особенного внимания. С этого момента интерес к твоей персоне носит ярко выраженный мифотворческий оттенок (конечно, если ты в "писательской" ипостаси окажешься хоть кому-то нужен)". Исследуя в своем творчестве современные мифы, он и сам (как и его книги) умудрился скрыться за пеленой легенд. Попробуем избавить от мифов хотя бы биографию московского сочинителя.

Родился будущий фантаст 3 октября 1968 года в Москве в семье художников-реставраторов Третьяковской галереи. Вопреки расхожему мнению, Дивов - не псевдоним. Фамилия на самом деле редкая и со своей историей. В автобиографии фантаст поведал ее происхождение: "В 1406-м (или 1403-м) году на территорию России каким-то образом занесло некоего Гавриила (Габриэля) Дивоша, по некоторым данным - рыцаря Ливонского ордена, по другим - просто французского наемника. В 1428-м ему было пожаловано российское дворянство ("Показал себя неустрашимым бойцом" - Книга дворянских родов). Потомки Г. Дивоша стали называться Дивовыми. Сейчас Дивовых на планете около 200 человек, они разбросаны по разным странам, и все - родственники. В Москве Дивовых не больше десяти". Наш герой, опять же по его словам, "из самых "экстремальных" Дивовых - тверских, поместье которых располагалось близ города Лихославля. Эта дивовская ветвь отметилась участием в восстании декабристов, а также была известна хроническим отсутствием крепостных, денег, и чисто русским раздолбайским поведением. В XIX веке этот род получил некоторое количество фламандской крови, в результате Дивовы оказались в близком родстве с Кооненами (если вам сия фамилия что-то говорит)".

Печататься О. Дивов начал рано - в 15 лет у него уже были журналистские публикации в "Комсомольской правде" и других центральных изданиях. Однако на факультете журналистики МГУ (международное отделение, ТВ) он продержался только два с половиной курса, а после отчисления прямиком отправился исполнять гражданский долг. Опыт армейской службы в частях самоходной артиллерии нашел позже отражение в романе "Лучший экипаж Солнечной" - многие сцены, утверждает фантаст, списаны, что называется, "с натуры". И автор этих строк склонен ему верить, поскольку тоже не понаслышке знаком с таким "художественно богатым" явлением, как наша армия.

После армии занимался копирайтингом и рекламными концептами, работал в рекламных агентствах, руководил пресс-службой ряда фирм. Но и журналистику Олег не оставил, просто она превратилась для него в хобби - в 1990-х годах в журналах "Playboy" и "Men's Health" он опубликовал серию материалов (некоторые в соавторстве с женой Ольгой - профессиональным психологом) об особенностях мужской психологии. В его прозаическом творчестве, как нетрудно заметить, эта тема проходит красной линией.

На сегодняшний день Олег Дивов - профессиональный писатель, член Союза литераторов РФ.

К опытам в жанре фантастики Олег обратился в начале 90-х - в 1991-1993 годах были написаны "Мастер собак" и "Стальное сердце" - первые два романа из будущей трилогии "След зомби". Однако на книжном небосклоне имя московского фантаста взошло только в 1997 году.

Подобно многим авторам, возникшим на фантастическом небосклоне в 90-х, Олег Дивов - пример "романного" писателя. Традиционно эволюционная лестница прозаика выстраивается по схеме "рассказ - повесть - роман". В активе же О. Дивова (во всяком случае, в печатной форме) до сих пор не наблюдалось произведений малых жанров *. Причина здесь, скорее всего, чисто внешняя, "рыночная": Олег обратился к фантастике не в самый лучший период нашей литературы, когда рассказы и повести практически оказались на грани вымирания, не востребованные издателями.

У Олега Дивова есть свое "ноу хау", обеспечившее писателю успех в самых широких читательских слоях. Это документальная достоверность в отображении профессиональных микросоциумов-"общин". Фантаст очень тщателен в прорисовке профессиональной среды, психологической атмосферы "общин", будь то спецслужбы, армия или спортивная команда. Он щедро рассыпает по тексту специальную терминологию, "жаргон среды", а для пущей убедительности многие его книги снабжены всевозможными справочными приложениями и предисловиями.

О дебютном романе - "Мастере собак" (1997) - критика, однако, отозвалась примерно в таком снисходительном тоне: "Книгу по достоинству оценят собиратели современного фольклора и поклонники "чернухи", если таковые существуют. Кроме того, она будет интересна любителям собак и разной прочей живности" ("Если" № 9, 1997 г.). "Мастер собак", как и следующие два романа - "Стальное сердце" (1997) и "Братья по разуму" (1997), образующие трилогию "След зомби", так бы и остались крепко скроенными коммерческими боевиками о борьбе с инфернальным злом, если бы не два "но". Во-первых, дивовский супергерой ни под каким предлогом не вписывался в "пантеон" трафаретных, линейно мыслящих дуболомов-суперменов, в китайских масштабах расплодившихся в "новорусском" НФ-боевике. Его "мачо" - Мужчина-Нетривиально-Мыслящий, ярко выраженный индивидуал. Во-вторых, в драйвовый сюжет Дивов вложил серьезную философскую подкладку. Собственно, как утверждает фантаст, больше всего при создании трилогии его интересовала "проблема жестокости как ответа личности на ту жестокость, с которой общество навязывает этой личности несвойственную ей социальную функцию". Эта проблема лежит во всех без исключения романах московского фантаста.

С каждой новой книгой автор демонстрировал редкостную способность удивлять читателя. Прагматично смоделированную сюжетную оболочку он на удивление изящно совмещал с неординарностью (иногда на грани эпатажа) идей и философских посланий.

С появлением "Лучшего экипажа Солнечной" (1998) пора ученичества закончилась, и Дивов пустил в ход "тяжелую артиллерию". Написав социально-прогностический триллер, лишь слегка замаскированный под "космическую оперу", московский фантаст вволю повеселился над читателем, держа в каждом кармане по нескольку фиг. Реакция на роман была неоднозначной. Предметом обсуждения и дискуссий, возникших вокруг "Экипажа", оказались не столько литературные достоинства текста, сколько политические ориентиры автора (точь-в-точь как в случае с "поздним" Хайнлайном). Прибегая к недоговоренностям и полунамекам, О. Дивов то и дело загоняет аудиторию в тупик. Читателю постоянно приходится разгадывать многочисленные шифры, учиться не попадать в смысловые ловушки. В результате ошибочных "дешифровок" многими читателями "Экипаж" был воспринят как апология милитаризма. Но куда более забавно получилось с пресловутым "национальным вопросом". Забавы ради прибегнув к приему смыслового перевертыша, О. Дивов поменял две самые популярные нации местами, то есть русским приписал анекдотические национальные черты еврейского народа, а евреи, соответственно, в дивовском варианте оказались носителями фольклорных характеристик русских. Несмотря на очевидную комичность приема, бедный читатель попал-таки в ловушку, пытаясь угадать, антисемит Дивов или же русофоб.

Именно после "Лучшего экипажа Солнечной" характеристика "радикально провокативный автор" твердо закрепилась за О. Дивовым.

Вдогонку "Экипажу" в том же году вышел "Закон фронтира" (1998) - мрачная и жесткая (если не сказать - жестокая) антиутопия о мире, потерявшем память. На фоне скандальной "Выбраковки" этот роман как-то несправедливо потерялся. Между тем, по моему убеждению, это одна из самых глубоких книг фантаста. "Закон..." - в какой-то степени декларативный роман, представляющий развернутую аллегорию о потерявшемся, растерянном поколении, утратившим связь с прошлым, но и не нашедшем себя в настоящем. В итоге герои пытаются начать жизнь с "чистого листа". На сегодняшний день мне известны только два произведения, столь отчетливо отразивших эмоциональные и этические искания поколения 30-летних - это дилогия Сергея Лукьяненко "Звезды - холодные игрушки" - "Звездная Тень" и роман Олега Дивова.

Наиболее шумный (а точнее - скандальный) успех выпал, конечно, на долю самого провокационного из дивовских романов - "Выбраковку" (1999). С одной стороны, роман принес автору известность за пределами фантастического цеха, а с другой - одарил сочинителя новыми ярлыками. Иные критики и читатели даже поспешили записать фантаста в "махровые фашисты". Редкий критик прошел мимо этой самой антиутопческой из утопий и самой утопической из антиутопий. О романе написано и сказано так много, что нет смысла повторяться. Показательно, тем не менее, что наиболее вдумчивую характеристику роман получил на чужой территории - в "толстых" журналах. Вот, к примеру, один фрагмент из журнала "Знамя": "Писательский поступок Дивова в том, что он работал не с психологией героя, но с психологией его двоюродного брата - читателя. Как ни странно, в результате получился насыщенный текст, говорящий о человеке, может быть, не меньше, чем иные успешные произведения литературного мейнстрима".

Но сосредоточившись на политических атрибуциях романа, критики как-то прошли мимо очень важного момента. Ведь "Выбраковка" - это не только еще одна из возможных моделей развития России. Создавая образы героических личностей, борющихся со Злом, сочинители крайне редко всерьез задаются "пустяшным" вопросом: а как изменяется психика людей, которые "слишком долго ходили по грани между добром и злом". А ведь эта психологическая проблема - значительнейший элемент художественной ткани "Выбраковки". Дивов один из немногих современных фантастов, кто достаточно отчетливо проговорил вслух о стирании этой грани между Добром и Злом, за которой герой в глазах некогда благодарного человечества становится антигероем.

О. Дивов - автор постоянно развивающийся, эволюционирующий, ищущий новые формы. Будем ждать, что он придумает еще...

*. Дебют писателя в средней форме состоялся только в 2000 г. - в пятом номере журнале "Если" повесть "Круг почета". Но и здесь не удержался, написав к концу года на основе повести роман "Толкование сновидений".

БИБЛИОГРАФИЯ ОЛЕГА ДИВОВА
(Книжные издания)

1. "Мастер собак". - М.: ЭКСМО, 1997.

2. "Стальное Сердце". - М.: ЭКСМО, 1997.

3. "Братья по разуму". - М.: ЭКСМО, 1997.

4. "Лучший экипаж Солнечной". - М.: ЭКСМО, 1998.

5. "Закон фронтира". - М.: ЭКСМО, 1998.

6. "Выбраковка". - М.: ЭКСМО, 1999.

7. "След зомби". Трилогия. Коллекционное издание (романы "Мастер собак", "Стальное Сердце", "Братья по разуму" в переработанной авторской версии 1999 г.). - М.: ЭКСМО, 1999.

8. "Толкование сновидений". - М.: ЭКСМО, 2000.



Русская фантастика > ФЭНДОМ > Фантастика >
Книги | Фантасты | Статьи | Библиография | Теория | Живопись | Юмор | Фэнзины | Филателия
Русская фантастика > ФЭНДОМ >
Фантастика | Конвенты | Клубы | Фотографии | ФИДО | Интервью | Новости
Оставьте Ваши замечания, предложения, мнения!
© Фэндом.ru, Гл. редактор Юрий Зубакин 2001-2018
© Русская фантастика, Гл. редактор Дмитрий Ватолин 2001
© Дизайн Владимир Савватеев 2001
© Верстка Алексей Жабин 2001