История Фэндома
Русская Фантастика История Фэндома История Фэндома

Б. Ляпунов

СТАНЦИИ ВНЕ ЗЕМЛИ

СТАТЬИ О ФАНТАСТИКЕ

© Б. Ляпунов, 1959

Ляпунов Б. Открытие мира: Изд. 2, перераб. и дополнен. - М.: Мол. гвардия, 1959. - С. 93-122.

Пер. в эл. вид Ю. Зубакин, 2007

Назад   В начало   Вперёд

 

ПУТЬ ИДЕИ

Среди многих пожелтевших от времени страниц, повествующих о победах человеческого разума, есть одна, о которой вспомнят будущие историки, когда наступит день создания форпоста науки во вселенной – первой станции вне Земли.

Перед нами научно-популярный иллюстрированный журнал «Вестник воздухоплавания» за 1911 год. Нарисован неуклюжий самолет, летящий низко над землей. На него с удивлением смотрят люди, одетые по моде начала XX века. Тогда самолет был еще диковинкой, авиаторы – необыкновенными людьми. Героика покорения воздуха владела умами, и тысячные толпы восторженно приветствовали короткие взлеты хрупких, казалось вот-вот готовых рассыпаться, летающих «этажерок».

Среди описаний таких полетов затерялась статья под длинным и малопонятным тогда названием: «Исследование мировых пространств реактивными приборами». Перелистаем страницы со множеством формул и таблиц, и мы попадем в волшебный мир.

Ракета покинула Землю. Она мчится вокруг планеты, и кажется, что сама планета мчится вокруг нас: ракета становится воображаемым центром вселенной, каким некогда считали Землю!

Еще раньше, в 1903 году, автор этой статьи – Циолковский упоминал о том, что можно устроить обсерваторию на искусственной луне и первым в мире высказал мысль о ракете–спутнике Земли. Здесь, в журнале, развивая свою идею, он рисует картины необыкновенного кругосветного путешествия и жизни за атмосферой.

Поднявшись на желаемую высоту, ракета устремляется вокруг Земли. Начальный толчок, и круг за кругом облетает она планету уже без всякой траты энергии, подобно Луне.

За несколько часов огромный земной шар поворачивается, совершая полный оборот. Внизу проплывают горные хребты и лесные массивы, просторы морей и ленточки рек, желтые пятна пустынь и голубовато-белые шапки льда у полюсов. Все это покрыто дымкой, а облака, клубящиеся внизу, на время скрывают от глаз путешественников гигантскую чашу, какой кажется им наша планета. Идут минуты – и новые виды открываются пассажирам ракеты, сменяя непрерывно друг друга, как кадры фильма. День, солнечный свет, уступает место ночи, когда корабль погружается в тень Земли. И день и ночь на корабле длятся немногие часы, продолжительность их – во власти путешественников. Ведь они теперь – обитатели другого небесного тела, новой, хотя и крошечной, луны. Управляя ее движением, выбирая свой путь вокруг Земли, они сделались повелителями дня и ночи.

Но любоваться красотой Земли-планеты, охватить ее взором всю за несколько часов – только ли в этом цель? Нет. И Циолковский пишет:

«Человечество не останется вечно на Земле, но, в погоне за светом и пространством, сначала робко проникнет за пределы атмосферы, а затем завоюет себе все околосолнечное пространство».

Не случайно именно эти слова, полные веры в творческий гений человека, высечены на памятнике знаменитому ученому, поставленном в сквере Мира города Калуги.

Вряд ли можно лучше самого Циолковского определить существо творческого метода, которым он шел к заветной цели: «Сначала неизбежно идут: мысль, фантазия, сказка. За ними шествует научный расчет. И уже в конце концов исполнение венчает мысль... Нельзя не быть идее: исполнению предшествует мысль, точному расчету – фантазия».

Фантазия, мечта прокладывают дорогу идее. Они разведчики будущего. Смело идя вперед, мысль-фантазия, мысль-сказка служат путеводной звездой ученому. И как по звездам ведет штурман корабль, так за путеводной звездой мысли идет трезвый расчет, за воображением – действительность.

...Лампа вырывает из темноты дощечку с листом бумаги, положенную на колени, руку, держащую карандаш, и строки, набросанные размашистым почерком:

«Человек во что бы то ни стало должен одолеть земную тяжесть и иметь в запасе пространство хотя бы солнечной системы».

Написавший эти слова откидывается в кресле. Взгляд его скользит по старым, знакомым вещам, спутникам жизни многих лет. Как иногда бывает сильна к ним привычка! Книги, рукописи, модели, горка писем на столе, самодельная слуховая труба.

Трудно отрешиться от родного, привычного взору, и увидеть неизведанное. Но он мысленно не раз бывал в мировом пространстве, и фантазия вновь и вновь уводит его в глубь вселенной.

В 1920 году, через девять лет после того, как было описано воображаемое путешествие на ракете, ставшей маленькой луной, вышло полное издание книги Циолковского «Вне Земли». Это повесть по форме, ученый труд по существу. Здесь формулы, выкладки, таблицы раскрыты в художественных образах.

Мало сделать ракету спутником Земли или Солнца. В безвоздушном пространстве человеку надо построить дом, где он чувствовал бы себя если не совсем как дома, то, во всяком случае, как в удобной каюте теплохода. В нем должно быть все необходимое для жизни – воздух, вода, свет, тепло, пища. Маленькая планетка-корабль будет иметь атмосферу, но только внутри себя, а не снаружи, и будет защищена от ультрафиолетовых лучей и метеорной бомбардировки. Она полетит, подчиняясь законам тяготения, как заправское небесное тело, и будет иметь свою силу тяжести.

Сила тяжести планеты зависит от ее размеров и массы. На планетах-гигантах она огромна, на небольших планетах-астероидах – мала, на крошечной планетке-ракете – ничтожна.

Быстрее вращается ракета – больше тяжесть, медленнее – меньше. Можно сделать тяжесть ее такой же, как на настоящей Луне – в шесть раз меньше, чем на Земле. Можно почувствовать себя, как на астероиде Эрос диаметром в двадцать пять километров, где тяжесть в тысячу раз меньше земной. Можно, наконец, добиться и привычной земной тяжести. Нужен лишь начальный толчок. Чтобы создать его, у ракетных двигателей устроят боковые сопла.

...Прошло много времени. Путешественники уже успели привыкнуть к поразительному зрелищу земного шара, похожего на необычно огромную Луну и подобно ей меняющего фазы. Тень бежала по нему, захватывая все большую поверхность, пока ракета не погружалась в темноту. Тогда края земного диска (его атмосфера) вспыхивали заревом под лучами Солнца. Картина, какую никогда не увидишь на Земле: планета надела яркое кольцо цвета кроваво-красного рубина. Казалось, что дождь падающих звезд осыпает ее – так быстро вращался гигантский темный диск, закрывая собою небосвод. Он как бы вбирал звезды, и блестящий фейерверк вылетал с другого края Земли. Но вот и краешек Солнца показался снова; заря исчезла, наступил короткий ракетный день.

Как ни красиво то, что видят люди из окон корабля, они не могут только любоваться чудесами звездного мира.

Кончились взятые с собой припасы. Кислород и пища – вопрос жизни и смерти для пассажиров ракеты. Но они заранее позаботились о том, как добыть их. Ракета постепенно превратилась в цветущий сад. В оранжерее под щедрыми солнечными лучами зреют плоды. Растения дают нужный для дыхания кислород, поглощая взамен углекислоту и очищая воздух. Планетка сама прокормит своих обитателей, сама создаст атмосферу. Так возникает оазис жизни в мертвом межпланетном пространстве.

Ну, а тепло, свет? И они всецело во власти жителей небесного острова.

Его темная поверхность покрыта снаружи «чешуйками» – блестящими металлическими пластинками, хорошо отражающими тепло. Чешуйки могут подниматься и опускаться, как иглы у ежа. Став на ребро, они открывают солнцу темную поверхность, которая хорошо поглощает тепло. Обитателям ракеты будут доступны все климаты Земли – от арктического холода до тропической жары. Нужно будет только комбинировать темную и светлую одежду жилища.

Однако ракета, ставшая второй луной, – это еще не внеземная станция. Она может быть приспособлена для путешествий, но для длительного пребывания в мировом пространстве нужен особый дом. Какой же?

Мысль эта не покидает Циолковского многие годы. То в одном, то в другом сочинении он возвращается к ней. Постепенно рисуются контуры «эфирного жилища» – внеземной станции, как можно лучше устроенной для жизни, работы, наблюдений вне Земли.

Ракеты привозят за атмосферу части будущего жилища, которое нетрудно собрать людям, одетым в скафандры. Ведь отсутствие тяжести позволит им легко перемещать даже самые большие и громоздкие предметы. А солнечные лучи дадут необходимое тепло для сваривания любых металлов.

Любопытной была бы картина заатмосферного строительства маленького небесного тела. Работают люди, похожие на водолазов, защищенные скафандрами не от воды, а от пустоты. То тут, то там вспыхивают огоньки гелиосварки, и вырастает странное на вид сооружение из металла и стекла.

Длинный конус с широким основанием в виде полусферы – оранжерея. На стенках конуса помещается слой почвы, в ней посажены растения.

«Как земная атмосфера очищается растениями при помощи Солнца, так может возобновляться и наша искусственная атмосфера, – говорил Циолковский. – Как на Земле растения своими листьями и корнями поглощают нечистоты и дают взамен пищу, так могут непрерывно работать для нас и захваченные нами в путешествие растения... Как на земной поверхности совершается нескончаемый механический и химический круговорот вещества, так и в нашем маленьком мирке он может совершаться...»

Через прозрачную полусферу оранжереи льются солнечные лучи. В ней можно создать любую температуру, любой климат, устроить вечный день, дать растениям в достаточном количестве пищу, испробовать, как будут действовать на них интенсивные ультрафиолетовые лучи и слабая тяжесть.

Необычные условия заатмосферной оранжереи, возможно, помогут выращивать и необычные по размерам, вкусу, питательности плоды. Примерные, очень грубые подсчеты показали: одного квадратного метра почвы небесной оранжереи хватит для пропитания человека.

С другой стороны, к конусу-оранжерее примыкает цилиндр, а снаружи, ближе к основанию-полусфере, конус опоясан цилиндрическим поясом. Это жилые и служебные помещения станции. Когда она вращается вокруг продольной оси, возникает тяжесть – сравнительно небольшая в оранжерее, побольше – в жилом «поясе» и цилиндре.

Освещением и отоплением здесь «заведует» Солнце. Станцию снабжает энергией своеобразная солнечная теплоэлектроцентраль. В ее турбинах работает пар, созданный теплом солнечных лучей. Электричество нужно радиоустановкам, многим приборам и механизмам научно-исследовательской лаборатории и базы межпланетных кораблей за атмосферой.

Много будет внеземных станций в космосе. Возникнут астрономические обсерватории, склады топлива, приспособления для связи с Землей и ракетами, путешествующими в окрестностях солнечной системы, гелиоустановки, радиостанции, «гаражи» небольших ракет, поддерживающих сообщение с родной планетой и другими станциями...

Эти «эфирные» города, как называл их Циолковский, будут колоссальными фабриками энергии, неисчерпаемые запасы которой таит Солнце и которая сейчас бесполезно рассеивается в мировом пространстве.

Индустрия в пустоте...

– Да, – говорил Циолковский, – там мы получим в миллиарды раз больше энергии, чем имеем сейчас на Земле. Что странного в идее воспользоваться этой энергией?! Что странного и в мысли овладеть окружающим земной шар беспредельным пространством?!

Не надо забывать, что Циолковский считал свои идеи о космических путешествиях и освоении солнечных просторов делом грядущих поколений, и поэтому нельзя рассматривать их с точки зрения техники сегодняшнего дня. Возможно, что будущее подтвердит правоту Циолковского.

...Лампа вырывает из темноты дощечку с листом бумаги, положенную на колени, руку, держащую карандаш, и строки, написанные размашистым почерком. Новый листок, новые мысли:

«Нет конца жизни, конца разуму и совершенствованию человечества. Прогресс его вечен... Смело же идите вперед, великие и малые труженики земного рода, и знайте, что ни одна черта из ваших трудов не исчезнет бесследно, но принесет вам в бесконечности великий плод».

ВНЕЗЕМНАЯ СТАНЦИЯ

Какое благодарное поле для строителя – свободное от тяжести безвоздушное пространство! Ничто не мешает архитектору небесного дома претворять в жизнь свои проекты. Вот где можно создавать необыкновенные, сказочные дворцы из «Тысячи и одной ночи». Вот где можно построить город-дом, который сам собою, без всяких усилий с нашей стороны, будет вечно путешествовать в межзвездных просторах.

Однако такие города – дело весьма и весьма отдаленного будущего.

Обратимся к не столь далекому будущему и поговорим о первом шаге к богатствам Солнца и тайнам неба – об острове во вселенной. Как его устроить? Этот вопрос занимал уже многих ученых. В разных странах в разное время появлялись и появляются проекты станций вне Земли.

Конструкторы внеземных станций должны обеспечить жителям искусственной планетки привычное ощущение тяжести. Для этого, как мы знаем, станцию надо заставить вращаться.

Если жилое помещение расположить на расстоянии пятидесяти метров от центра вращения, то двух оборотов в минуту будет достаточно, чтобы воцарилась примерно такая же тяжесть, как на Луне. Головокружения при такой скорости еще нечего бояться. Вращения же в пустоте, вдали от планет, добиться нетрудно.

Один конструктор предлагает сделать станцию двойной, состоящей из шара и «груши». Шар, полый внутри, – основная часть всего острова. В нем находятся служебные помещения, мастерские, лаборатории. «Груша» же – своего рода противовес. Соединенные друг с другом длинным тоннелем, они вращаются вокруг общего центра массы. В жилых помещениях развивается искусственная тяжесть, близкая к земной. В шаре установлен гигантский телескоп и оборудована астрономическая обсерватория.

Другой конструктор решает построить станцию, похожую на гигантское автомобильное колесо диаметром примерно в тридцать метров. В ободе колеса, разделенном на отсеки-каюты, живут люди, чувствуя себя как дома, на Земле: вращение создает привычную тяжесть. Гелиоустановка и обсерватория находятся вне станции. Они витают поблизости, связанные со станцией лишь электропроводкой и воздушными шлангами.

Можно соединить жилое колесо и гелиоустановку: тогда с одной стороны колеса будет находиться зеркало, собирающее солнечные лучи.

Шар, цилиндр, колесо по отдельности и вместе повторяются в проектах станций, как набор деталей из детского конструктора. На эскизах можно увидеть целые «пачки» цилиндров и конусов, изумляющие своей величиной шары, настоящее подобие планеты, колеса размером с астероид. Американский инженер Ромик предложил постепенно выстроить станцию-город для населения в двадцать тысяч человек! И это не беспочвенная фантазия.

Быть может, когда полеты за атмосферу станут такими же привычными, как ныне рейсы воздушных кораблей, строители внеземных станций получат ничем не ограниченную свободу в создании небесных городов. Сейчас же каждый килограмм груза, поднимаемого ракетой и освобождаемого ею из-под власти Земли, стоит слишком дорого.

Все необходимое для постройки придется забрасывать в мировое пространство. В пустоте стройматериалов не найдешь. Вероятно, в будущем научатся использовать для этой цели астероиды – маленькие планетки, которых много между орбитами Марса и Юпитера. Возможно, найдут что-нибудь подходящее и на Луне. А пока надо рассчитывать на взятое с Земли.

Один инженер в поисках наиболее удобного для перевозки и постройки материала остановился на... натрии. Мягкий, как масло, блестящий, легкий, натрий боится воды и воздуха. Он мало похож на обычный металл. Иначе за атмосферой, при температуре, близкой к абсолютному нулю. Воды и воздуха там нечего бояться. Мягкий натрий там не уступал бы по твердости стали.

Достижения химии пластических масс дают инженеру новые материалы с таким сочетанием свойств, которое способно удовлетворить самого прихотливого заказчика. Прочность и легкость, стойкость против всяких воздействий, простота обработки – недаром о пластмассах говорят как об одном из самых перспективных материалов современной техники.

Может быть, именно из пластмассы – прочной, как металл, прозрачной, как стекло, из пластмассы, которая задерживает вредные лучи, тепло, холод, которая поддается обработке после нагрева, как воск, будут строить станцию и ее части.

При постройке здания для жизни в мировом пространстве необходимо многое предусмотреть. Не так-то просто, например, выйти из помещения станции или войти в него. Вокруг пустота, и воздух не замедлит вырваться наружу. Поэтому придется, как и на ракете, устроить герметически закрытую камеру-шлюз. Две двери, внутренняя и наружная, отделят ее от остального помещения.

Житель небесного острова надевает скафандр и входит в шлюз. Закрывается внутренняя дверь, откачивается воздух: только после этого можно выходить в пустоту. Наоборот, придя из безвоздушного пространства, необходимо предварительно наполнить камеру шлюза воздухом и открыть внутреннюю дверь.

Вращение станции, необходимое для получения искусственной тяжести, создаст вместе с тем и известные неудобства. Нельзя наблюдать небо, которое постоянно вращается. Неудобно прицеплять кабели и проводку или причаливать к помещению, если оно крутится, как волчок.

Обсерваторию надо или вынести отдельно, или для удобства наблюдений использовать стробоскопы – оптические системы с вращающимися зеркалами, которые «остановят небо».

Немаловажно обеспечить устойчивость обитаемого искусственного спутника в пространстве.

Наша Земля – тоже межпланетная станция, но огромной массы, и потому на движении ее не отражается происходящее на поверхности земного шара.

Другое дело – крохотная искусственная планетка. Тут уже масса каждого человека заметна.

Кроме того, Солнце, Луна и Земля своим притяжением будут действовать на станцию, стремясь изменить ее движение, «сбить» с пути, и, если орбита искусственного спутника изменится, он может в конце концов упасть на Землю. Спутник может даже разрушиться.

Вспомним о кольце Сатурна: по-видимому, под действием притяжения планеты один из спутников слишком близко подошел к ней и рассыпался на мелкие куски.

Рационально распределив массу небольшой станции, можно сделать станцию более устойчивой в пространстве. Изобретатель Ю. В. Кондратюк, например, предложил построить такое небесное тело из четырех отдельных частей, соединенных фермами. Большой станции менее опасны нарушения устойчивости. Достаточно прочная внеземная станция сможет противостоять действию разрушающих сил. Наконец у нее будет возможность, если понадобится, выправить свое движение – запасные ракетные двигатели помогут в этом.

Чтобы станция могла поворачиваться и сохранять правильную ориентировку в пространстве, можно установить двигатели с массивными маховиками. Вращение тяжелого ротора вызовет поворот станции в обратную сторону. Гироскопические приспособления позволят отдельным ее помещениям и частям сохранять выбранное положение по отношению к Солнцу или наблюдаемому участку неба.

Как видим, проблема создания внеземной станции очень сложна. Недаром некоторые ученые считают ее труднейшей из всех проблем, когда-либо стоявших перед человеком. И тем не менее наука и техника в состоянии ее решить.

Главная трудность в строительстве станций – доставка частей и сборка из них сооружений в мировом пространстве. Эта проблема остается пока нерешенной. И над ней надо еще много потрудиться.

Можно предположить, например, что в качестве строительных элементов будут использоваться сами ракеты, достигшие круговой скорости. Шары – кабины, цилиндры – топливные баки – все пойдет в дело. Так собирают стандартные дома, пользуясь крупными блоками, панелями, заранее подготовленными узлами.

Кабины переоборудуют в жилые помещения, лаборатории, обсерваторию, соединят друг с другом переходами. Из корпусов нескольких ракет построят оранжерею, топливные склады. По частям смонтируют солнечную силовую установку.

Одна за другой взлетят ракеты, чтобы достигнуть скорости, превращающей их в спутников нашей планеты. Из ракет постепенно вырастет небесный остров. Соединенные в кольцо, они образуют первый пояс станции, затем за первым кольцом вырастет второе, третье... Получится гигантский цилиндр, растущий в длину.

По оси цилиндра установят трубу – своеобразный ракетодром: к ней будут причаливать, из нее будут стартовать ракеты.

Цилиндр повернут застекленным основанием к Солнцу, и яркие солнечные лучи осветят оранжерею. На внутренних стенках ее, на тонких сетках – слой почвы с посаженными в нее растениями. И людям и растениям нужна искусственная тяжесть. Станция вращается, поэтому в жилом поясе, в оранжерее, не приходится кувыркаться – ноги твердо стоят на полу, растения растут, как им полагается, вытягиваясь внутрь цилиндра.

Около станции находятся гелиоустановки, связанные с ней проводами. Они автоматически наводятся на Солнце. Ток, который дают полупроводниковые элементы, по проводам идет на станцию, когда нужно освещает и греет, питает приборы и механизмы, в которых работает электричество.

Рядом со станцией – астрономическая обсерватория: помещение для наблюдателей и телескоп, который можно наводить на любую точку неба. Обсерватории не нужна искусственная тяжесть, она свободно поворачивается туда, куда хочет наблюдатель. Гироскоп помогает сохранять выбранное положение. Маленькие ракетки служат для сообщения с гелиоустановками и обсерваторией, расположенными в окрестностях станции. Ракеты побольше курсируют на Землю и обратно, перевозя грузы и людей. Радио, световой телеграф, внутренний телефон несут службу связи.

Так, может быть, будет выглядеть станция в космосе. Конечно, это лишь один из возможных проектов. Есть проекты, рассчитанные на более отдаленное будущее, когда ракеты смогут поднять больше груза и не нужно будет экономить энергию, когда строительным материалом станут не ракеты, а части, взятые с Земли.

Допустим, станция сконструирована так, что ее легко собрать из ракет, сделавшихся спутниками планеты. Тепло, свет, воздух, пища, энергия – всем этим она обеспечена. Налажена связь с Землей, оборудована обсерватория, созданы условия для работы людей за атмосферой. Однако если конструктору и удалось решить труднейшую задачу постройки острова во вселенной, он все-таки не может считать свою миссию выполненной до конца. Перед ним возникает грозная проблема: как уберечь станцию от метеоров? Метеоры для нее опасней, чем для ракеты, так как большие размеры станции увеличивают вероятность встречи с ними. К тому же станция неповоротлива, ей трудно, практически невозможно маневрировать.

Правильно разделить станцию на отсеки, изолированные друг от друга подобно трюму корабля, и научиться быстро исправлять повреждения, не допуская утечки воздуха, – вот еще одна важнейшая задача строителей станции вне Земли.

Чтобы ее решить, понадобится не одно инженерное искусство, надо прежде всего изучить врага, от которого придется защищаться. Мы знаем, где и когда пролетают метеоры в окрестностях нашей планеты. В мировом пространстве есть области, насыщенные метеорами, и области, где их мало. Проследив пути метеорных потоков, можно выбрать наименее опасное место, наиболее правильный путь для внеземной станции. Поэтому выбору орбиты искусственной планеты должна предшествовать заатмосферная ракетная разведка.

Уже созданы небольшие заатмосферные станции-автоматы – спутники, облетающие на огромной высоте нашу планету. Небольшие – значит, уменьшается возможность попадания метеоров. Автоматические – значит, безлюдные, им не страшна утечка воздуха. Бронирование жизненно важных частей, резервные приборы и детали, которые автоматически заменят вышедшие из строя, еще более ослабят вероятность аварий, увеличат срок службы спутников.

А затем настанет очередь и станции с людьми. Когда искусственная планета будет сооружена, диковинные картины откроются перед путешественниками, летящими к ней с Земли.

Издали покажется, что какая-то небывало яркая звезда загорелась в солнечной система. Есть во вселенной такие удивительные звезды, которые словно пульсируют, дышат, светят то ярче, то слабее. И эта тоже то вспыхивает, как огонек электросварки, то меркнет, словно посылает кому-то таинственные телеграфные сигналы. Но вот мигающая звездочка все ближе. И сплошное сияние пропадает, разделяется на несколько огней. Так распадается и звездное скопление на отдельные звезды. Один особенно сильный огонек, вспыхивающий и гаснущий, более заметен. Другие, послабее, окружают его с разных сторон. Стоит приблизиться, и предстает перед глазами удивительное сооружение, витающее в мировом пространстве и поражающее своей необычной формой. Оно напоминает гигантский волчок. Стержнем его служит огромный цилиндр, опоясанный массивным кольцом и причудливо изогнутым, вроде чашечки диковинного цветка, полупроводниковым собирателем солнечного света и тепла. Множество других построек поменьше, как наросты, прилепились к нему со всех сторон: тут и небольшие цилиндрические выступы с полусферами на концах, и диск, и трубы, и фермы.

Все скопление этих геометрических тел, связанных воедино, медленно вращается вместе с зеркалом вокруг продольной оси, и перед нашим взором проплывают, как на карусели, освещенные изнутри кольцо и цилиндр.

Около них по бокам укреплены решетчатые антенны радиолокаторов и антенна радиотелескопа.

Локаторы служат не только для изучения планет – по радиолучу держат курс на станцию ракетные корабли.

Заглянув внутрь через прозрачные полусферы, заканчивающие с обеих сторон ось волчка, можно увидеть приборы, по которым безошибочно узнаешь: здесь работают физики и астрономы.

А если посмотреть вблизи сквозь прозрачное дно цилиндра, глазу откроется сплошной коридор зелени до самого конца небесной оранжереи.

Внутри кольца находится небесная гостиница. Через иллюминатор видна внутренность комнаты, отдаленно напоминающей одноместное купе комфортабельного экспресса. Обитые кожей стенки, легкая мебель, плафоны электрических ламп – ничего лишнего, каждый метр площади использован экономно. Вот большое помещение – кают-компания, библиотека, вот полностью электрифицированная кухня, ванная.

Каюты и другие комнаты разместились по кругу. Вращение кольца создает в них привычную земную тяжесть.

Над жилым кольцом расположено энергетическое сердце внеземной станции. Оно дает во все ее уголки электрическую энергию.

Перенесемся теперь в другой конец станции. Там обнаружим мы «причал», к которому пристают ракетные корабли. Там же воздушный шлюз, передняя, где происходит переход из безвоздушного пространства внутрь острова.

Сюда прибывают ракеты с грузами и людьми, здесь делают остановку перед далеким космическим рейсом.

То, что описано здесь, только пример возможного устройства большого населенного спутника Земли, базы науки во вселенной. И другие проекты внеземных станций предлагали и предлагают инженеры. Вот каков путь идеи – от мысли, высказанной Циолковским в начале века, до проектов, которые, будем надеяться, в относительно недалеком будущем станут достоянием техники.

ЛАБОРАТОРИЯ В КОСМОСЕ

Соревнование человека с природой идет давно. Холод космического пространства и температуры, какие существуют только на раскаленных небесных телах, давления, встречающиеся только в недрах Земли, и разрежения, близкие к заатмосферной пустоте, – все это уже подвластно нам.

Искусственные солнца превращают ночь в день. Молнии не сравниться с грандиозными электрическими разрядами в лаборатории физика. Химики повелевают веществом, создавая то, чего нет в природе. Радиоактивный распад, длящийся тысячелетия, совершается теперь в сверхмгновения атомного взрыва, вызванного человеком.

Перечень завоеваний науки и достижений техники можно было бы продолжать и продолжать. Соединенными усилиями теория и опыт добиваются замечательных успехов. Но не легким трудом даются они!

Чтобы получить давление в сотни тысяч атмосфер, созданы специальные лаборатории сверхвысоких давлений со сложнейшим оборудованием. И только маленький стерженек лишь на сравнительно короткое время удается сжать исполинской силой. Но и это дает немало – становится возможным наблюдать весьма своеобразное поведение вещества в необычайных условиях. Проводники электричества превращаются в изоляторы. Нерастворимое становится растворимым, хрупкое – твердым, твердое – пластичным. Увеличивая давление до огромных величин, люди, по-видимому, сумеют разрушить казавшуюся незыблемой крепость природы – атом – и получить вещество чудовищной плотности, какое встречается только в недрах звезд, называемых белыми карликами: один кубический сантиметр их вещества весит тысячи килограммов!

Чтобы добиться разрежения воздуха порядка миллионной и миллиардной доли атмосферы, создают насосы глубокого вакуума – чудо конструкторской мысли. В стеклянной трубке, из которой они откачивают воздух, господствует почти межзвездная пустота.

С помощью потока частиц, разогнанных электрическими и магнитными силами, ученые бомбардируют атомное ядро, вызывая превращения элементов. Благодаря электронному микроскопу заглядывают в невидимый мир, а электронными часами радиолокатора измеряют ничтожные промежутки времени. И еще много других удивительных дел совершает человек, покоряя природу.

Области сверхвысокого и сверхнизкого имеют для нас не один лишь научный интерес. Вслед за ученым в эти области проникает инженер, вслед за лабораторией наступает очередь производства.

Когда-то газы, превращенные холодом в жидкость, были диковинкой, и замороженный ею резиновый мяч, который разлетается на куски от удара молотком, удивлял тех, кто был незнаком с жидким воздухом. Людей середины XX века этими фокусами не удивишь. Холод помогает им менять свойства металлов, а жидкие газы для них так же обычны, как и любое другое химическое вещество.

Дорога вниз по шкале температур, к абсолютному нулю, таит неожиданное: металл в жидком гелии совершенно теряет способность сопротивляться электротоку и становится идеальным проводником, сверхпроводником!

Путь вверх по шкале к звездным температурам не менее интересен» Явления, происходящие внутри Солнца и звезд, еще недостаточно изучены физиками и астрономами. «Холодная», всего в шесть тысяч градусов, солнечная фотосфера прикрывает гораздо более раскаленный газовый шар. Полагают, что в его глубинах температура достигает двадцати миллионов градусов. Как чувствует себя вещество в таком огненном царстве, как влияют на него сверхвысокие температуры – вопрос немаловажный для тех, кто стремится проникнуть в тайны материи.

А какие широкие возможности открылись бы, если бы ученые получили в свое распоряжение лабораторию, не имеющую себе равных на Земле? Лабораторию, которой доступны и температуры в тысячи градусов, и близкие к абсолютному нулю? Лабораторию, где можно поставить вещество в такие условия, каких никогда не удастся достичь на Земле?!

Космос – вот где изумительный простор для исследований, не виданных в истории науки!

Тепло и холод, недостижимые в наших земных установках, идеальное разрежение, недоступное нашей вакуумной технике, – какой ученый не позавидует тем, кто будет работать на внеземной станции?!

Физика низких температур выйдет на просторы природы. Ее лабораторией станет мировое пространство.

Вдали от теплого дыхания Земли, нагретой Солнцем, преградив доступ солнечным лучам, экспериментатор без сложной и дорогой холодильной машины получит наинизшую температуру. Он сможет вести опыты с любыми интересующими его веществами – газами, жидкостями, твердыми телами, замораживая их в природном холодильнике, сможет изучить, как «замирает» движение молекул вблизи абсолютного нуля.

Исследования сверхпроводимости можно будет вести с невиданным до сих пор размахом. Вероятно, удастся спуститься еще на несколько тысячных долей градуса вниз по температурной шкале, пройти еще несколько ступеней из тех, которые отделяют сейчас исследователей от абсолютного нуля.

В этом не один лишь теоретический интерес и не спортивное стремление к рекорду в научном исследовании.

Сейчас сверхпроводники еще не стали достоянием практики. Передача энергии без неизбежных потерь на сопротивление – это звучит крайне заманчиво, но, увы, пока неосуществимо. Достаточно лишь небольшого нагрева – и сверхпроводник теряет свои удивительные свойства. Не охлаждать же всю линию жидким гелием! Правда, идут поиски иных способов, ведущих к сверхпроводимости и при не столь низких «гелиевых» температурах. Но насколько легче будет в холоде межпланетного пространства! Там для заатмосферной энергетики возможности необыкновенные. И не только для нее. Использование явления сверхпроводимости позволит измерительной технике значительно увеличить чувствительность приборов, а в этом заинтересованы многие отрасли науки.

Ученый в заатмосферной лаборатории поведет наблюдения, которые, быть может, далеко продвинут нас к разгадке тайн мира атома.

И тут же рядом, в фокусе большого зеркала, которое соберет солнечные лучи, не ослабленные путешествием через воздушную пелену планеты, физик сумеет получить огромные температуры – в тысячи градусов. О новом виде сварки сейчас говорят инженеры-гелиотехники, заставившие Солнце плавить металлы, давать здесь, на Земле, три тысячи градусов тепла. Пойманный зеркалом луч режет, плавит, сваривает даже тугоплавкие сплавы, кипятит и испаряет воду в паровом солнечном котле.

Сотрудники отдела высоких температур космической лаборатории оставят далеко позади своих земных коллег. Не на короткие доли секунды, а на любое время можно получить там тысячеградусные температуры. И не надо ехать на юг – ловить жаркое Солнце. Солнце, что светит и греет вне Земли, всегда будет к услугам физиков, гелиотехников, теплотехников, энергетиков небесного острова. Наука, вырвавшись в просторы космоса, раздвинет границы наших знаний, позволит глубже проникнуть в тайны процессов, идущих за пределами нашей планеты.

Звездный мир раскроется глубже перед взором астронома, вооруженного великолепной оптикой будущего. Процессы, идущие внутри звезд, источники энергии Солнца, многое, что скрыто в тайниках природы, окончательно перестанет быть тогда тайной. И это, может быть, двинет вперед энергетику на Земле, приведет к неслыханному ее расцвету.

Где-то, за миллионы световых лет от Земли, рождаются таинственные лучи – вестники пока неведомых явлений в мировых глубинах. Они идут к нам из космоса, и потому космическими назвали эти проникающие всюду частицы. Предполагают, что есть звезды, которые своим электромагнитным полем разгоняют космические частицы, отправляя их в далекие путешествия по вселенной. Некоторые исследователи считают, что источником космических лучей служат вспышки «сверхновых» звезд.

Частичка, летящая в межзвездном пространстве, и частичка, ставшая пленницей Земли, захваченная ее магнитным полем, не одно и то же. В атмосфере с ней происходит цепь превращений: бесчисленные столкновения с молекулами газов воздуха приводят к появлению вторичных частиц, уже не похожих на своих предков.

Ученые, охотники за космическими лучами, стараются поднять приборы как можно выше, чтобы изучить «настоящие» частицы, а не только их потомков. На маленьких воздушных шарах-зондах всплывают к поверхности воздушного океана счетчики с радиопередатчиком: сигналы, «голоса» частичек, отмечаемых счетчиком, слушают и записывают наблюдатели. Приборы-ловушки космических частиц мчатся ввысь на ракетах. Но лишь немногие минуты длится подъем геофизической ракеты. Спутники открыли новые возможности: благодаря им счетчики могут провести за атмосферой, в мировом пространстве, месяцы и годы. Первая космическая ракета подняла приборы для изучения космических лучей на сотни тысяч километров над Землей.

Внеземная лаборатория позволит изучать таинственные лучи «в полную силу», не ограничивая ученых ни временем, ни весом приборов: ведь сейчас приходится всячески изощрять конструкторскую мысль, чтобы строить миниатюрную летающую аппаратуру, вести борьбу за граммы и сантиметры.

Разгадка же тайны космических лучей поможет человеку создать сверхмощный ускоритель – источник искусственных космических лучей. Такой ускоритель – циклотрон – мы, быть может, встретим со временем на станции в мировом пространстве. Рожденные им частицы, наделенные огромной энергией, проникнут к сердцу атома, откроют дорогу для дальнейшего изучения строения вещества.

Трудно представить, каким будет штатное расписание научно-исследовательского института, расположенного «где-то в солнечной системе», – сначала скромной базы, потом города науки. Несомненно, понадобятся специалисты разных отраслей знаний: дела хватит всем, не одним астрономам.

Как повлияют усиленная тяжесть или невесомость, интенсивный солнечный свет, ультрафиолетовые и космические лучи на растительные и животные организмы? Слово – биологам. Как влияет Солнце на жизнь Земли, что делается в самых верхних воздушных слоях, куда влетают потоки заряженных частиц–посланцев Солнца, что происходит в окрестностях нашей планеты и как все это отражается на радиосвязи? Как меняется облачный покров? За ним можно будет наблюдать на огромном пространстве, чуть ли не в половину земного шара, что позволит уточнить прогноз погоды. Слово – геофизикам, астрофизикам, метеорологам.

Вот лишь немногие из вопросов, которые сможет разрешить космическая лаборатория. А сколько их возникнет, сколько их будет решено?!

Станция вне Земли нужна для самых разнообразных наблюдений, так или иначе, прямо или косвенно связанных с жизнью нашей планеты, а значит, с практическими нуждами живущих на ней людей.

Солнечному свету, прежде чем он доберется к нам, приходится немало испытать. Стоит ему вступить в атмосферу, как воздух начинает поглощать энергию, принесенную лучом света. Слой озона забирает коротковолновую, наиболее энергичную часть ультрафиолетового излучения. Атмосфера дробит, рассеивает солнечные лучи. Порядком изменившись, излучение Солнца доходит, наконец, до Земли, чтобы отдать то, что у него осталось. Но не везде одинаково Земля принимает тепло. Темные леса и пашни жадно впитывают его и делятся им с воздухом, нагревая приземные слои. Снега и льды хорошо отражают свет и потому не нагреваются. Да и далеко не везде луч благополучно добирается до земной поверхности. Облака, пыль, туманы встречаются ему по пути. Только в безоблачном небе юга солнечное тепло может непосредственно служить человеку в нагревательных машинах. И пока лишь ничтожная часть солнечной энергии достается нашей планете.

Гелиотехники подсчитали, что до поверхности Земли, до суши доходит менее десятой части солнечной энергии, пришедшей на границу атмосферы, – остальное отражается, рассеивается, поглощается воздухом.

«Все планеты, вместе взятые, получают ее только в десять раз больше, чем Земля. Все это совершенно незаметно в сравнении с полной солнечной энергией, которая в 2,2 миллиарда раз более получаемой Землей и в 200 миллионов раз больше, чем имеют все планеты солнечной системы», – подчеркивал Циолковский. Неисчерпаемой энергией может завладеть человек, если сумеет устроиться в небесном пространстве.

Циолковский – основоположник современной ракетной техники, пионер астронавтики, первый из людей, кого назвали Гражданином вселенной, – именно он открыл и способ поставить на службу человеку неисчислимые богатства солнечной энергии. Даже теперь, в век атомной энергии, никто не станет пренебрегать таким путем.

Выход в космос сулит изобилие солнечной энергии. Но не в одном Солнце дело. У Циолковского хватило смелости заглянуть на множество веков вперед. И не пессимизм, не уныние руководили им, когда он писал о возможности переселения к иному Солнцу – если когда-нибудь погаснет наше. Буржуазные ученые увидели бы в этом конец света, и, кстати, в таких мрачных пророчествах нет недостатка. Но Циолковский – великий гуманист – утверждал, что жизнь бесконечна. Поэтому переселение в другие миры для него не светопреставление, а начало новой жизни, которая никогда не кончится. Конечно, о таких перспективах сейчас, да и еще очень долго не придется думать. Но он, вперед смотрящий, думал об этом. И в этом еще одна его заслуга.

Начало часто бывает робким, не всегда можно угадать, к чему оно приведет. От короткого взлета первой ракеты на сотни метров – к межпланетному кораблю, от первых шагов атомной техники – к межзвездным путешествиям, от маленькой лаборатории в окрестностях земного шара – к внеземным станциям и небесным городам.

Однако загляните еще дальше – сумеете ли вы вообразить картины, ждущие человечество впереди? Бесспорно, это нелегкая задача, потому что бесконечен прогресс, растут возможности, имеющиеся в распоряжении науки и техники, и нельзя предвидеть все сдвиги и повороты в их развитии. Возможно, ракеты и звездные корабли будут не такими, какими они мыслятся нам сейчас. Возможно, искусственные планеты-станции вне Земли когда-нибудь станут совершенно другими, чем те, какие создаются нашим воображением. И, возможно, другие способы использования солнечной энергии придут на смену старым, известным сегодня, чтобы взять от Солнца во много раз больше того, что получаем мы теперь.

Сначала, вероятно, Солнце будет давать энергию только для собственных нужд ракеты, идущей в далекий рейс, или внеземной станции, ставшей независимой планеткой. Когда энергетическая техника создаст совершенные солнечные машины и, что очень важно, найдет, наконец, сверхмощный аккумулятор или решит проблему передачи энергии без проводов, – гелиостанции в мировом пространстве пошлют реки, моря, океаны энергии на Землю. Новый неслыханный рост производительных сил, новое изобилие материальных благ, новый шаг вперед не только в открытии, но и в переделке мира, «бездну могущества» – вот что сулит нам развитие «техники вне атмосферы», о которой мечтал Циолковский.

Научившись использовать энергию, которую посылает неиссякаемый источник – Солнце, заатмосферная техника будущего неизмеримо увеличит энергетические ресурсы человечества. Эту благородную, гуманную цель ставили наши ученые, решавшие проблему космических полетов. Основоположник звездоплавания, Циолковский считал ее важнейшей задачей освоения межпланетных пространств. Ю. В. Кондратюк думал об использовании запасов солнечной энергии для переделки климата нашей планеты.

Можно воспользоваться не только теплом Солнца, но и его светом, устроив искусственные спутники – отражатели солнечного света для дополнительного освещения городов ночью. Искусственные луны соперничали бы на нашем небе в блеске с настоящей Луной!

Однако дело не только в искусственном освещении.

Внеземная станция превосходно может послужить и межпланетным вокзалом, заправочной базой для пассажирских ракетных кораблей.

Каждый километр в секунду немало значит в технике получения космических скоростей. Трудно взлететь с нашей планеты, значительно легче – со спутника, когда основной, самый трудный этап борьбы с земным притяжением уже позади.

Некоторые исследователи приходят к выводу, что без дополнительной заправки топливом на станции – спутнике Земли – достичь космических скоростей ракете с пассажирами чрезвычайно трудно. Пополнив запасы топлива, ракеты смогут отправиться в отдаленные края солнечной системы и вернуться обратно. Чтобы развить большие скорости, нужны новые средства, и одно из них ученые видят в создании топливного склада в окрестностях Земли.

Ракетодром поэтому – непременная принадлежность станции вне Земли. С него будут стартовать ракеты, поддерживающие связь между станцией и Большой Землей. С него отправятся в межпланетные перелеты – следующий этап своего пути – и ракеты, которые достигли круговой космической скорости.

Представьте себе, что с Земли вылетел ракетный поезд – несколько соединенных вместе ракет. На станцию же прибыла одна. Баки ускорителей опорожнены, они более не нужны и вернутся обратно. Куда же девать топливо, которое надо взять кораблю, отправляющемуся, окажем, на Луну? Собственных баков ему не хватит: предстоит прыжок, разгон до новой космической скорости и взлет с Луны. Реактивные самолеты, например, требуют большого запаса горючего. В самолете мало места – баки подвешивают в обтекателях к крыльям, а после использования сбрасывают на парашютах. Разрабатываются и баки с крыльями, которые буксируются самолетом как маленькие планеры.

Подобный принцип можно применить и для межпланетной ракеты. Дополнительные баки она возьмет на станции. А так как воздуха здесь нет, все упрощается. Подвешенный снаружи топливный склад будет путешествовать с ракетой, которая приблизится к Луне и станет ее спутником. Затем, отцепив баки, корабль совершит посадку, горючее же будет «поджидать», обращаясь вокруг Луны. Радиолокатор отыщет топливо на обратном пути, и оно будет использовано для возвращения на Землю. Так может произойти лунный перелет по проекту английских ученых.

Возможно, что на станции станут производить сборку самого корабля – по существу, летающего двигателя с пассажирской кабиной, так как обтекаемая форма ему в безвоздушном пространстве не нужна.

Со временем форпосты науки появятся на Луне и, возможно, на астероидах. Но первый шаг все же – станция в окрестностях Земли.

Постепенно будут «благоустраиваться» небесные дороги, станции-маяки, и «заправочные колонки» появятся на путях в иные миры.

Быть может, найдутся чересчур трезвые люди, готовые вылить ушат холодной воды на разгоряченные головы мечтателей – энтузиастов межпланетного полета. Регулярные рейсы Земля – Луна – Земля, или Луна – Венера – Луна... Вокзалы в пустоте, летающие склады, лаборатории в мировом пространстве... Не утопия ли это? Что ж! Время покажет, кто прав, – время работает на тех, кто не боится дерзаний.

Перспективы поистине головокружительные, но в основе своей они реальны, ибо фундамент их – наука, давшая твердый ответ на вопрос о возможности путешествий вне Земли.

«КРЕПОСТЬ В НЕБЕ»

Покорение вселенной... Для истинных ученых, для честных людей во всех странах мира эти слова означают прежде всего новые победы науки во имя счастья человечества. Их умственному взору рисуются картины полетов в неизведанные миры, научные лаборатории в мировом пространстве, гелиостанции вне Земли.

Но есть и другие мысли, другие планы.

Когда в небе появились советские спутники, некоторые агрессивно настроенные господа увидели в них... угрозу. Догонять! Догонять и продолжать вооружаться – таков был их ответ. Мы должны установить над космосом свой контроль!

«Межпланетную станцию можно превратить в поразительно эффективный транспортер атомных бомб... Небольшие крылатые ракетные снаряды с атомными боевыми зарядами можно будет выпускать со станции таким образом, что они будут поражать избранные цели со сверхзвуковыми скоростями. Путем одновременного наблюдения с помощью радара за снарядами и мишенью эти ракеты можно будет точно направлять в любую точку поверхности Земли». Это было напечатано в американском журнале «Кольерс».

«Специалисты, находящиеся на станции, с помощью особо сконструированных телескопов, соединенных с большими оптическими экранами, радароскопами и фотоаппаратами, будут непрерывно просматривать все океаны, континенты, страны и города».

Это писал конструктор пресловутого «секретного оружия» гитлеровцев – дальнобойной ракеты «фау–2» – Вернер фон Браун, начальник конструкторского бюро в Редстоунском арсенале в США.

Превратить внеземную станцию в межпланетную военную базу, с которой ракетная артиллерия могла бы держать под наблюдением и обстрелом весь земной шар, угрожать миру на всей планете – вот чего хотят новые претенденты на мировое господство.

Поджигателям войны рисуются «заманчивые» перспективы. Земной шар услужливо поворачивается перед артиллеристами, сидящими в полной безопасности на искусственной луне. Остается только выбирать цель да отправлять к Земле ракеты, несущие разрушение мирным городам и внезапную смерть, их жителям. Прежде чем они. услышат приближение космических снарядов, начнут рваться атомные и водородные бомбы.

Небольшие автоматические спутники Земли – не стартовая площадка, и все же... Спутник-разведчик (здесь термин отнюдь не научный – чисто военный!), спутник – корректировщик сверхдальнобойной стрельбы – вот о чем можно прочесть в американских журналах. Ставится задача: уточнить форму и размеры нашей планеты, чтобы повысить меткость межконтинентальных ракет. Разрабатывается проект установки панорамного радиолокатора и фотооборудования с телепередатчиком для изучения чужих территорий – преимущественно портов, аэродромов, промышленных центров и городов.

Внеземная – там добавляют «военная» – станция открыла бы возможность детальной фоторазведки с помощью мощных телескопов. На расстоянии примерно в тысячу семьсот километров можно было бы различить предмет размером всего в полметра! А стрельба с заатмосферной платформы! Легкий толчок – и снаряд сам пойдет к цели, нужно только по радио подправлять его курс. Поразительные возможности! И тот же Вернер фон Браун, а вместе с ним и другие «астронавты» проектируют станции, которым лучше всего подходит название, данное американским же журналом – «крепость в небе».

«Соединенные Штаты должны немедленно приступить к осуществлению рассчитанной на длительный период программы обеспечения Западу превосходства в межпланетном пространстве», – писали пропагандисты новой войны.

Но не суждено исполниться мечтам империалистов о «космической» агрессии. Не раз уже они безуспешно пытались запугать мир чудесами военной техники – разного рода смертоносным сверхоружием.

В первую мировую войну на улицах Парижа неожиданно загрохотали разрывы снарядов. Командование кайзеровской армии торжествовало: дальнобойная пушка «большая Берта» – новое секретное германское оружие – обстреливает французскую столицу за сто двадцать километров! Но торжество оказалось явно преждевременным. Гигантскую пушку, каждый выстрел которой стоил так дорого, будто она стреляла золотыми снарядами, скоро обнаружили с воздуха и обезвредили.

Во время второй мировой войны на Британские острова начали падать с неба удивительные снаряды. Маленькие самолеты, грохоча какими-то невиданными моторами, неслись над землей, а затем неожиданно пикировали. Один взрыв следовал за другим. Это были самолеты-снаряды с реактивными двигателями «фау–1» – новое секретное «оружие возмездия» гитлеровцев. Но недолго продолжалось торжество германских фашистов. Вскоре из каждых десяти снарядов девять гибли в воздухе: зенитные снаряды с радиолокационными взрывателями попадали почти без промаха. Им помогали истребители. Атака беспилотных бомбардировщиков захлебнулась.

В разгар второй мировой войны немецко-фашистская пропаганда возвестила скорую победу с помощью нового секретного оружия. И опять откуда-то с неба, опережая звук своего падения, обрушились на Лондон тонны металла и взрывчатки – это дальнобойные ракеты «фау–2» уже за триста километров обстреливали английскую столицу. Но вскоре бомбардировщики начали уничтожать стартовые ракетные станции, откуда запускались «фау–2».

Опыт истории войн показывает, что не было еще создано ни одного средства уничтожения, против которого не нашли бы эффективного способа борьбы.

Против самолетов – зенитная артиллерия, против танков – противотанковая артиллерия, против подводных лодок – глубинные бомбы, против снарядов – броня, против газов – противогаз, против скоростных самолетов – радиолокаторы и ракетные снаряды с локационными взрывателями, против воздушных торпед – реактивные истребители...

Найдутся, если понадобится, и способы уничтожить «крепость в небе», потому что неприступной ее считать никак нельзя. Метеоры ведь нетрудно создать и искусственно – взрывом ракеты. От такой космической шрапнели станции не укрыться и не уйти!

И прежде чем угрожать ею, не мешает вспомнить совсем недавний урок, преподанный советской межконтинентальной ракетой, советскими спутниками Земли, советской космической ракетой.

Мы считаем, что величайшие открытия современности, достижения науки и техники должны быть использованы для дела мира, для счастья народа. Мы строим атомные электростанции, создаем спутники и искусственные планеты, и мы построим космические станции – форпост науки во вселенной.

Мы предложили запретить использование межпланетного пространства в военных целях и сотрудничать со всеми государствами, которые хотят изучать вселенную с помощью ракет в интересах науки. Мы все живем на одной планете, над нами одно небо – давайте вместе поведем атаку космоса! Объединенный институт ядерных исследований, Международный геофизический год – характерные примеры плодотворной совместной работы ученых разных стран. Пусть же к ним добавятся космические полеты, в которых заинтересованы все люди Земли.

Знаменитый деятель науки Константин Эдуардович Циолковский мечтал об освоении вселенной для благоденствия и процветания человечества. Все свои труды он завещал Коммунистической партии и советской власти – подлинным носителям прогресса человеческой культуры. Оправдалась его уверенность в том, что первенство будет принадлежать Советскому Союзу. Оправдается и уверенность Циолковского, да и всех нас, в том, что небо будет завоевано людьми для того, чтобы человечество быстрее продвинулось вперед, к своему счастливому будущему.

Назад   В начало   Вперёд



Русская фантастика > ФЭНДОМ > Фантастика >
Книги | Фантасты | Статьи | Библиография | Теория | Живопись | Юмор | Фэнзины | Филателия
Русская фантастика > ФЭНДОМ >
Фантастика | Конвенты | Клубы | Фотографии | ФИДО | Интервью | Новости
Оставьте Ваши замечания, предложения, мнения!
© Фэндом.ru, Гл. редактор Юрий Зубакин 2001-2018
© Русская фантастика, Гл. редактор Дмитрий Ватолин 2001
© Дизайн Владимир Савватеев 2001
© Верстка Алексей Жабин 2001