История Фэндома
Русская Фантастика История Фэндома История Фэндома

ИНТЕРВЬЮ С СЕРГЕЕМ ЯКОВЛЕВЫМ (ГАЗЕТА «ПЛЮС-МИНУС БЕСКОНЕЧНОСТЬ», МОСКВА)

ИНТЕРВЬЮ ФЭНДОМА

© 1991

Б. м., б. г.- 10 с.

Пер. в эл. вид Ю. Зубакин, 2001

Корр.: Представьтесь, пожалуйста.

С.Я.: Яковлев Сергей Сергеевич, технический редактор газеты "Плюс-минус бесконечность" и литературно-издательского агентства "Плюс-минус бесконечность". Мы занимаемся выпуском газеты и сборника, но пока хвастаться особенно нечем. Два номера газеты, до сих пор не вышедший из печати сборник по вине типографии. Все пока в будущем.

Корр.: Как фэны оказались на баррикадах? Расскажите о тех днях, когда в стране был путч.

С.Я.: Я знаю, что не только мы из московских фэнов были на баррикадах, но на нашей баррикаде мы были отдельно. 18 числа вечером мы легли спать добропорядочными советскими гражданами, а проснулись 19 утром безродными космополитами, дельцами теневой экономики, врагами народа и прочими нехорошими словами. Когда мы поняли, что от нас очистят наши улицы, в чем мы сомневались достаточно слабо после всех формулировок, которые были выданы, по телевидению, мы решили, что если мы и можем что-то сделать, по крайней мере от нас будут очищать наши улицы за что-то более серьезное, чем мы до того занимались. Мы пошли защищать Белый дом. Там мы были 20 и в ночь с 20 на 21. Это была та самая ночь, когда погибли трое человек. Я непосредственно там не находился, на Смоленской площади, где это произошло.

Корр.: А где находились вы?

С.Я.: Я находился на баррикаде под мостом вместе с этими тремя людьми. Нас подобралась четверка людей: Я, Алексей Безуглый, Максим Качелкин, он тоже из нашего агентства, Катерина Котлова. Она заядлая КСПшница, для фэнов человек довольно новый. Мы вот как-то четверо собрались на баррикаде. Там было довольно много народу. Честно говоря, народ подобрался довольно необычный, можно сказать, вертикальный срез нашего общества, по всем направлениям. Два пожилых, очень интеллигентного вида еврея, панк, два рокера-металлиста, все увешанные цепями, крутых. Один махровый, весь в наколках уголовник. Парень, который ни о чем, кроме "колес" не говорил. И тому подобное. Т. е. публика совершенно невероятная. Пара каких-то типичных советских бизнесменов. Много было разных людей. Сразу мы обратили внимание, что на баррикадах были люди, которым было что терять, если снова к власти придет жесткий режим. Это было характерно, что люди почувствовали, что им есть что терять. И мы увидели бессмысленность слов, что народ требует жесткого режима. В Москве народ хотел, чтобы этого жесткого режима не было. Иначе этому народу придется совсем плохо.

Самое главное, я считаю, не важно кто, не важно почему конкретно, но это было странное, немножко феерическое единение людей. В каком-то смысле это был очень удачный спектакль, в котором значительная часть участников не играла.

Приехал мотоциклист из рокеров, сообщил, что произошло на Смоленке. Это действительно было серьезно. А по поводу спектакля еще такая деталь - выглядело это как спектакль еще и потому, что Ельцын не этом заработал максимум популярности. Понятно, что Горбачев в этой ситуации вызывал жалость. Но по поводу возрастания его популярности я не стал бы ничего говорить. Ну, по принципу: "Не пинайте дохлую собаку". Все-таки союз сейчас - довольно шаткое образование.

Корр.: Вы пришли к Белому дому самостоятельно. А как вы оказались под мостом на баррикаде? Кто ее создавал?

Яковлев: Уровень организации основной массы народа был очень низок, Несколько тысяч человек было хорошо организовано на самом начальном этапе, тех, кто были записаны в сотни, десятки, батальоны. Это было четко организовано. Но людей было настолько много, что, строго говор, непонятно было, что с ними делать. Возник эффект самоорганизации, когда народ расползался по баррикадам естественным путем и невозможно объяснить, как мы оказались именно на этой баррикаде, почему именно с этими людьми рядом.

Корр.: Баррикада уже была?

Яковлев: Да, баррикаду построили в ночь с 19 на 20. Катерина принимала участие в ее строительстве, она была там раньше.

Корр.: Что баррикада из себя представляла?

Яковлев: Значительная часть баррикады - это просто кучи металлолома, довольно мрачные по виду, на которые ни один человек в здравом уме и твердой памяти полезть бы не решился.

Корр.: Откуда на улицах Москвы столько металлолома?

Яковлев: Строек рядом достаточно. Это Садовое кольцо, там сейчас много строек, ремонта, так что добыть кучу хлама не проблема. Кроме того тем была еще баррикада из бетонных плит, тоже с какой-то стройки, была баррикада из троллейбусов. Кстати, сейчас один троллейбус стоит около Музея Революции. Из той баррикады на Смоленке. На нашей баррикаде был повалены и грузовик, трактор, по-моему, БТ-75, если я не ошибаюсь, и экскаватор, который был едва ли не эмблемой нашей баррикады, и куча совершенно жуткого металлолома. Как я понял, он свозился и 20, и 21. Большинство баррикад были такими, что танками их растащить было довольно трудно и долго. А люди - только через узкие проходы по краю баррикады.

Корр.: Были ли там какие-либо официальные лица среди вас? Был ли кто-либо старший или это было спонтанно?

Яковлев: Как я уже сказал, не все люди, бывшие на баррикадах, были так четко организованы. Те, кто пришел 19, оказались записанными в десятки, сотни, батальоны, у них была довольно четкая организация: что когда делать и так далее.

Но была огромная массе народу, которая так организована не была. Вот на нашей баррикаде мы практически все были не записаны. По поводу записи и не записи - вопрос хитрый. Но суть в чем, что у людей были изготовлены бутылки с зажигательной смесью, было много забавных эпизодов, когда, например, по реке (баррикада была на набережной) идут несколько речных буксиров, барж и вдруг начинают приставать к набережной. Народ, естественно, хватает бутылки с зажигательной смесью и бежит встречать. А оказалось, что это речники пришли на помощь, перегородили фарватер и когда погас свет, подсвечивали прожекторами на набережных. На нашей баррикаде родилась идея, что им надо было пригнать дежурный катер. Струя воды из брандсбойта может сдвинуть машину, а такие "предметы", как ОМОН, просто бы не устояли. Идею мы эту речникам подкинули и 21 утром они этот катер пригнали.

Корр.: Были ли непосредственно напротив вашей баррикады солдаты, машины, техника? Вообще на своей баррикаде вы их видели?

Яковлев: Наша баррикада была внутренним кольцом.

Корр.: А еще было наружное?

Яковлев: Да, грубо говоря, противники мы так и не увидели. Но почувствовали. Депутат Уражцев, например, председатель союза "Щит", может быть я не совсем правильно говорю его фамилию, прошу прощения, он ездил на Кутузовский, перехватывать Витебскую дивизию ВДВ, которая по слухам шла на Москву по Минскому шоссе. Проходя через нашу баррикаду, он рассказывал обстановку, и мы чувствовали, что противник существует и танки могут придти. Встретили они, правда, Волгоградскую дивизию и остановили ее у кольцевой дороги.

Корр.: Были призывы не вооружаться, не оказывать сопротивление. Было ли у вас какое-либо оружие, самодельное, например, или были ли какие-то люди с оружием, официальные представители? Была ли вооружена ваша баррикада?

Яковлев: Охрана Белого дома: группа милиции и десантники, которые туда пришли, имели оружие официально. Они объявили, что будут охранять Белый дом до последнего патрона. Среди защитников на баррикадах стрелкового оружия, гранат не было, только бутылки с зажигательное смесью, самодельные. На Смоленской площади они были применены. Вообще, что может сделать тысячная безоружная толпа против танков? Против БМП? Только стоять. Реально продвижение техники должны были останавливать не столько баррикады, сколько люди, которые становились в живые цепочки, останавливали ОМОН также. Это и было то единственно разумное, что можно было делать. Некоторый экстремизм там был, конечно. ОМОН, конечно, был бы встречен дубинками металлическими, и вообще, на тему подраться - оружие всегда под рукой. Я не думаю, что драка была бы только со стороны ОМОНа. Вот на Смоленской все БМП были с полным боекомплектом, это было достоверно известно. То есть те, кто шел на нес, были настроены достаточно серьезно. Это были не учебные болванки, и стрелять по неукрепленному зданию можно и учебными болванками, но это был полный боекомплект снарядов, пулеметов. Это было именно вооруженное противостояние. Если бы путчисты были более решительны и более оперативно действовали в этой ситуации и если бы их не подвели их собственные части в отношении начального этапа, то Белый дом был бы взят. Здесь у нас не было никаких иллюзий и сомнений. Когда группа "Альфа" отказалась штурмовать Белый дом, это-то и было началом краха путча.

Корр.: Ну тогда-то вы об этом еще не знали.

Яковлев: Да, и когда я заезжал 21 домой за едой, котелком, топором, одеялом, рюкзаком и т.д., по ленинградскому шоссе я видел танки, т.е. в город входила часть, которая вышла на аэровокзал, на Ходынское поле. Оно было все этой честью занято: около 200 БМП и 75 танков. Я разговаривал с солдатами, нестроение у них было очень интересное: нас из Ташкента мафия вытурила и мы сюда приехали порядок неводить, мафию разгонять. Эти слова меня несколько удивили. Очень уж были они нелогичны. Но здесь ситуация такая: если бы эта честь просто пошла бы давить людей, было бы кровь и Белый дом бы не устоял, но часть остановилась. И часа через два стала совершенно не боеспособной, т. к. появились среди солдат наши люди, агитировали их и никакая смена командиров уже не могла помочь, на танках появлялись российские флаги.

Корр.: Вы с 19 на 20 ночевали там? Или не ночевали тем ни одной ночи?

Яковлев: Ночевал с 20 на 21. Это была для нас, тех, кто стоял у Белого дома, решающая ночь. Еще в тот момент ничего не было понятно. Ждали подхода Витебской десантной чести, т.е. чаша весов колебалась.

Корр.: А как вообще было настроение на баррикаде? Сейчас создается впечатление, что был какой-то ура-патриотизм. А твое впечатление: действительно все хотели умереть под танками или обстановка била более бытовая?

Яковлев: Во-первых, что значит ура-патриотизм? В каком-то смысле самым серьезным поступком было то, что на баррикады люди вообще пришли, остальное было не так уж и важно. И далее, мы все вполне четко понимали, что может получиться, если... Были ситуации, когда думали о пути отступления, рассматривали такие ситуации, и был элементарный стрех, это неизбежно. И были некое холодноватое спокойствие, не было резкого возбуждения. Возбуждение было разве что на митинге, когда был несколько нехороший элемент кликушества, который был совершенно не нужен и сказывался потом по телевидению и радио. Кликушество какого рода: в тот момент это было не нужно, а потом стало неизбежно. Люди, которые не были на баррикадах, оправдывались, почему они тем не были, а люди, которые на, баррикадах были, били себя в грудь, что мы на баррикадах были. Вот с двух сторон слышать такие крики - немножко обидно. На баррикадах были не только русские. Наравне с российским флагом был и жовто-блакитный украинский, флаг грузинских националистов, литовский, эстонский флаги, флаг ассоциации сексуальных меньшинств...

Корр.: А у вас был флаг?

Яковлев: Наш флаг - синяя семигранная гайка на белом фоне, которую некоторые в первый момент воспринимали, как жидомасонский символ. Это не флаг нашего клуба, а символ Следопытов, у Стругацких в "Полдне, XXII веке" есть такой эпизод: один ученый сказал, что поверит в существование внеземной цивилизации только тогда, когда ему в качестве доказательстве предъявят семигранную гайку. Этот символ людям понравился. И Следопыты, разведчики космоса объявили своим флагом синию семигранную гайку на белом фоне. И этот флаг впервые был водружен Первой Марсианской экспедицией. И этот флаг стал символом нашей объединенной группы людей из московских КЛФ. И он реял у нас на баррикаде. И мы с гордостью можем сказать, что это был наш боевой штандарт. Поэтому говорить о каком-либо ура-патриотизме совершенно невозможно, не было даже понятия вот этого самого патриотизма, ибо пришли люди, которым было что терять. Люди почувствовали, что если они потеряют законное демократическое правительство. Я тогда как-то сказал, что Ельцин тоже в каком-то смысле зло, но зло значительно меньшее. И наш выбор был однозначен: лучше сейчас такой Ельцын, чем такой ГКЧП. Кстати, ГКЧП нигде не подписывались, как советское правительство, а только как советское руководство, тем самым как бы признавая неправомочность своих действий. Видимо, не хватило наглости. Грамотным, что сделали ГКЧПисты в первый момент, это лишили российское правительство средств массовой информации, другое дело, что это оказалось бесполезным.

Корр.: Осуществлялась ли какая либо связь вашей баррикады с Белым домом? Как вы питались, как был организован ваш быт?

Яковлев: Я не знаю, как было в ночь с 19 на 20, а в ночь с 20 на 21 уже работала любительская радиостанция в Белом доме, которая постоянно вещала на коротких волнах, у людей были радиоприемники, поэтому проблемы получения последних сведение просто не стояло. Некоторые дополнительные сведения просачивались черев "Голос Америки", до которого информация добиралась просто окольными путями. Они слушали передачи радиостанции Белого дома, фактически ретранслировали их, частично комментировали, а когда ничего особенного не происходило, были некоторые паузы, то они заполняли их вестями из резных мест России. Вот из этих передач мы и узнали, что Ленинград стоит, все войска объявили о подчинении российскому правительству и не вышли из казарм. Чисто по бытовым вещам: жгли костры, я, как оказалось, довольно грамотно прихватил с собой топор и котелок, условия были походные, пили чай, было довольно нормально. Общепитовские кооперативы Москвы, т. е. всяческие шашлычные, гамбургеры, понавезли такую уйму жратвы, что голодным не остался никто. Это было совершенно бесплатно. Поэтому такого вопроса просто не возникало. Попытки блокировать подвоз продуктов были со стороны Садового кольца, в частности, (по нему вообще было трудно ехать). Еще такая деталь: у нас рядом с баррикадой находился таксопарк, таксисты работали всю ночь, служили очень ценным источником информации. Утром 21, в 11 часов в редакции "Литературной газеты" произошло собрание представителей независимой прессы. 35 разных издательства, кого запретили, кто прости сам пошел. Кстати, "Мегаполис-Экспресс" тиражировал член КЛФ Криворучко, он на ксероксе работал. Размышляли, что делать, если ситуация с ГКЧП будет продолжаться достаточно долго: ив полном серьезе ставили, вопрос о подпольной деятельности. Т. е. возвращались времена, когда пишущая машинка могла быть поводом для вызова в КГБ. Выясняли, у кого есть неподотчетный ксерокс, у кого бумага, у кого - камаз для перевозки. Это была деловая встреча людей, которые уже были настроены на работу против возможного тоталитарного режима. Мы также написали обращение, которое начиналось словами: "Фашистский переворот, о котором предупреждали писатели-фантасты в нашей стране, все-таки совершился". Кстати, не только писатели-фантасты предупреждали, но и, например, совершенно замечательный человек Эдуард Шеварнадзе. Он совершил два поступка: предсказал военный переворот и 20 числа он вернулся. И все сказал этими двумя поступками. Ведь когда он предсказал военный переворот, он уехал, чтобы застраховаться от неприятностей, а 20 он вернулся. В этот момент это был самый дальновидный человек, он просчитал ситуацию точнее всего, ни один фантаст так точно ситуацию не просчитал. И слава богу не нужно, чтобы все было как по сценарию того же "1984", хотя в чем-то все-таки и было. Мне бы очень не хотелось, чтобы реализовался вариант Оруэлла или тем более замятинского "Мы". Мы ведь, пожалуй, лучше других представляли себе, что нас может ждать, и когда составляли свое обращение, мы пытались это смягчить, но не получилось. Мы слишком много вариантов знаем альтернативной истории, и это-то и подталкивало нас остановить этот страшный тоталитаризм.

На заседании независимой прессы из людей, бывших на баррикадах, были только мы.

Корр.: Большое спасибо.



Русская фантастика > ФЭНДОМ > Интервью >
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т Ф Ц Ч Ш Щ Э Я
Русская фантастика > ФЭНДОМ >
Фантастика | Конвенты | Клубы | Фотографии | ФИДО | Интервью | Новости
Оставьте Ваши замечания, предложения, мнения!
© Фэндом.ru, Гл. редактор Юрий Зубакин 2001-2018
© Русская фантастика, Гл. редактор Дмитрий Ватолин 2001
© Дизайн Владимир Савватеев 2001
© Верстка Алексей Жабин 2001