История Фэндома
Русская Фантастика История Фэндома История Фэндома

В. Кротов

ПОРТРЕТ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ НА ФОНЕ КЛУБА

КЛУБЫ ФАНТАСТИКИ

© В. Кротов, 1997

Лавка фантастики (Пермь).- 1997.- 2.- С. 53-55.

Пер. в эл. вид Ю. Зубакин, 2001

СБОРНИКИ приключений и фантастики "Поиск". Карманного формата томики произведений А. Р. Беляева. Серия "Путешествия. Приключения. Фантастика", в которой вышли книги М. Шаламова, Б. Фрадкина, А. Королева. Отдельные издания пермских писателей-фантастов. Эта продукция Пермского книжного издательства обязана своим появлением Александру Павловичу Лукашину, который довольно долгое время работал там заведующим редакцией художественной литературы.

Впрочем, трудно было ожидать, что в середине восьмидесятых издательство не издаст трубный гудок и не развернет штурвал на несколько румбов в сторону курса на удовлетворение запросов поклонников популярного жанра, когда возле этого самого штурвала Оказывается известный по всей стране знаток НФ, председатель Пермского клуба любителей фантастики "Рифей". Пожалуй, Лукашин - одна из самых заметных фигур в отечественном фэндоме (движении фэнов фантастики). Фэндом - во многом еще не исследованный социальный феномен, трудно однозначно ответить на вопрос, почему именно такой род литературы, как фантастика, вызвал к жизни организованное и многолюдное движение КЛФ, ведь клубов любителей детективов, к примеру, почти нет... А только у нас в стране число КЛФ переваливало за две сотни. В их рядах состояли писатели и критики, библиографы и переводчики, но в основном - масса "простых" читателей НФ, которым почему-то непременно хотелось общаться друг с другом, обсуждать книжные новинки, проводить "конвенции", вручать призы и составлять ежегодные "хиты" самых популярных фантастических произведений. Пермский КЛФ "Рифей" был одним из самых авторитетных в Союзе. Впрочем, почему - "был"? Он и сейчас существует, только в виде "слабоорганизованной группы вокруг председателя", как выражается сам Лукашин. Сейчас в Перми молодежь организовала новый клуб с малооригинальным названием "Солярис", уже именно там проводятся встречи с писателями, устраиваются доклады, обсуждения книг и фильмов. Магнитное поле "Рифея", державшее его актив - писателей, переводчиков, исследователей НФ, издателей - начинает потихоньку сливаться с "аурой" "Соляриса". Будем надеяться, молодые фэны и "старички" найдут точки соприкосновения. По крайней мере, сам Лукашин заседаний нового пермского КЛФ старается не пропускать.

Для самого Лукашина увлечение фантастикой началось 1 сентября 1958 года. Точная дата сохранилась для истории потому, что именно в этот день Лукашин пришел в первый раз в первый класс школы в райцентре Бея Хакасской автономной области и сел за одну парту с другим будущим именитым фэном - Владимиром Борисовым, впоследствие - руководителем абаканского КЛФ "Гонгури" (ныне - "Центавр"). К 1 сентября "Пионерская правда" приурочила начало публикации фантастического романа Колпакова "Гриада". Вот они и принялись читать... Подогревало амбиции и то, что "Пионерка" опубликовала повесть шестиклассника Толи Фоменко "Тайна Млечного Пути" (сейчас Фоменко - доктор физико-математических наук, автор солидных работ по топологии и... фантастических картин, в которых он изображает свои топологические построения. Но более всего он известен своей "безумной " идеей о том, что античной культуры не существовало, а все материальные памятники той эпохи, мифы и пр. - были созданы в средние века...).

Когда-то в Америке фэн-движение начиналось с писем читателей в редакции фантастических журнальчиков. Завязывалась переписка, а потом приходила очередь и для очного знакомства любителей НФ, будущих писателей - таких, как Азимов или Хайнлайн. У нас в стране происходило то же самое. Школьник Юра Медведев (споследствии ставший писателем-фантастом, автором многочисленных повестей, публиковавшихся в "Библиотеке советской фантастики" издательства ЦК ВЛКСМ "Молодая гвардия"), написал в "Пионерку", что автор "Гриады" свое произведение... списал с Г. Уэллса и А. Толстого. Одновременно с этим довольно крупным скандалом и произошло зарождение советской НФ-прессы. Читающие фантастику мальчишки принялись писать письма в "Пионерскую правду", на Всесоюзное радио, где шла передача "Стафант" - "Страна фантастики". Борисов был особенно рьяным писателем писем и через "Стафант" вышел на КЛФ при МГУ, возглавляемый тогда Алексеем Левиным, автором фундаментальной статьи в "Вопросах философии" об англо-американской фантастике. Благодаря подобным контактам и стал складываться отечественный фэндом первого призыва, организовались КЛФ в Харькове (где даже принимали в гости Лема), в Свердловске (имена Виталия Бугрова и Игоря Халымбаджи хорошо известны и современным фэнам).

В Перми Лукашин оказался после того, как окончил два курса Томского института радиоэлектроники и электронной техники - почувствовал, что тяга к гуманитарным наукам, в частности, к немецкому языку возобладала над интересом к точным дисциплинам. Ближайшие романо-германские отделения имелись на филфаках Иркутска и Перми. В Иркутске живет известная исследовательница фантастики Т. Чернышева. В Перми обитал не менее известный автор статей о социальной НФ 3. Файнбург. Пермь "перетянула". Правда, с романо-германского отделения после первого курса пришлось перейти на русское, "немецкое" произношение у Лукашина подкачало. Познакомился со студентом экономфака Евгением Филенко, к тому времени опубликовавшим в газете "Молодая гвардия" фантастическую повесть "Бездна" (ныне вошедшую в его капитальный роман "Галактический Консул"). Курсовые писал по сатирической фантастике ("Мастеру и Маргарите" Булгакова, "Улитке на склоне" Стругацких), дипломную - по литературоведческим и критическим статьям Станислава Лема.

- Написать на эту тему диплом было довольно просто. Лем тогда писал много статей, уже вышли его "Фантастика и футурология", "Философия случайности". Правда, на защите меня не преминули спросить, является ли Лем членом ПОРП. Я бодро соврал, что является. В конце концов одно время он, действительно, был близок властям предержащим. Герек назначил его в "Комиссию 2000 ", призванную выработать облик Польши в XXI веке. Тогда на западные займы разворачивалась гигантская программа индустриализации... Но кончилось это, как известно, плохо... Лем еще в 1956 году выпустил книгу "Диалоги", посвященную "лженауке" кибернетике, где применил кибернетические понятия и методы к анализу общественных патологий. Показал зависимость степени организованности общества от степени применяемости к его гражданам насилия, и сделал вывод, что тоталитарное общество может скатиться или к анархии, или к еще большей диктатуре.

Видимо, можно сказать, что "Рифей" зарождался на пермской книжной барахолке. Посещавший ее Лукашин не мог не приметить видную фигуру Михаила Шаламова. Наладил контакты с местным книжным "авторитетом" Раисом Зариповым. Получил доступ к личной библиотеке доцента пединститута Александра Абрамовича Грузберга - а он свою библиотеку ни для кого не закрывал и одно время ею пользовались человек сто. В 1977 году активизировало свою деятельность общество книголюбов, возникла идея создать при нем клуб книголюбов, в который вошли бы завсегдатаи книжной барахолки - на предмет книгообмена и общения. А уж при клубе возникла секция фантастики, отпочковавшаяся затем в самостоятельную структуру под все той же эгидой книголюбов. Отцами-основателями "Рифея" стали А. А. Грузберг, Ю. П. Симонов, В. И. Букур. Председателем выбрали А. П. Лукашина. Произошло это 1 марта 1978 года.

Собирались раз в две недели, сперва человек по пятнадцать, а когда Файнбург выступал - до сотни слушателей присутствовало. Делали доклады о Леме, о Булычева, о Кларке и Стругацких. В "Молодой гвардии" стала выходить страничка КЛФ, где публиковались рассказы и повести Шаламова и Филенко. Юля Грузберг опубликовала статью о почти не известном тогда у нас Толкине - и статья эта каким-то образом оказалась в Англии, где тамошние толкиноведы были потрясены: мол, и в далекой России кто-то читает "Властелина колец". Даже прислали в подарок книгу о Толкине...

Свердловчанин Виталий Бугров опубликовал в "Уральском следопыте" заметки о хабаровском КЛФ "Фант", завязалась переписка, появились адреса аналогичных клубов любителей фантастики по всей стране. А весной 1981 года делегация из 10 пермяков отправилась в Свердловск на вручение первого приза "Аэлита", учрежденного Союзом писателей России и редакцией журнала "Уральский следопыт" за лучшее фантастическое произведение года. Тогда вручили сразу две "Аэлиты": Аркадию Стругацкому и Александру Казанцеву... А осенью того же года при содействии обкома комсомола "Рифей" провел областной семинар КЛФ. Правда, он только назывался областным (клубы к тому времени существовали в Кудымкаре, Чайковском, Березниках, Чусовом, Чернушке), а по сути оказался всесоюзным - приехали фэны со всей страны, от Хабаровска до Калининграда. Делились опытом клубной работы, слушали доклад 3. И. Файнбурга о жанре утопии, разглядывали фантастические полотна С. Ковалева, В. Исаева... Пожалуй, пермский семинар КЛФ можно считать точкой отсчета истории существования советского фэндома, многие фэны впервые встретились и познакомились именно благодаря инициативе "Рифея".

Едва пермский КЛФ торжественно провел свое сотое заседание, как прозвучал "первый звоночек" - весной 1984 года на Всесоюзном совещании комсомольских работников было заявлено, что клубы любителей фантастики занимаются "не тем". Чем именно "не тем" - не уточнялось, неизбежные проверяющие сами не знали, какой криминал искать. Обком партии на всякий случай "не рекомендовал" Лукашину (тогда - работнику издательства) ехать на очередную "Аэлиту" - он, правда, не послушался... А затем была грандиозная проверка из Всероссийского общества книголюбов - очевидно, задуманная, как провокация. Проверяющая дама высказала массу восторгов по поводу деятельности "Рифея" и попросила составить для нее библиографию рекомендуемых для КЛФ фантастических произведений. На воспоследовавшем заседании правления Всесоюзного общества книголюбов, на которое были вызваны Лукашин и председатель ростовского КЛФ "Притяжение" Михаил Якубовский, что-то невнятно говорилось о недостатках в работе и, наконец, прозвучал намек, что судьба фэндома решается на Старой площади.

Гром грянул в июле. Лукашин тогда был в отпуске, копался на огороде, на Висиме. Обком партии заставил издательство срочно послать за ним машину. На столе у зав. отделом пропаганды Пинаева председатель "Рифея" увидел донос, сочиненный, скорее всего, на основе той библиографии, что увезла с собой в Москву книголюбская проверяющая.

- В общем-то наши обкомовцы, исключая первого секретаря Коноплева и секретаря по идеологии Быковой, которые сильно серчали, особых претензий к клубу не имели, - вспоминает Лукашин. - Спрашивали только, как им "отстреляться" от гнева ЦК. Обвинения были такие: преувеличиваем значение западной фантастики. Это легко опровергалось: в нашей библиографии две трети рекомендуемых произведений принадлежали перу советских авторов. Еще обвинение: пропагандируем неизданные у нас произведения с антисоветским душком. Пришлось составить списочек, где можно найти эти "неизданные" - "Пасынки вселенной" Хайнлайна и "Стальные пещеры" Азимова. Работник обкома Пермяков даже ходил в "Горьковку", читал Хайнлайна, и в итоге произнес: "Но все-таки они там утверждают буржуазные ценности!"

Еще упрек: пропагандировали повесть уехавшего в Израиль Никиты Разговорова "Четыре четырки". Пришлось сослаться на "Литературную Газету", за два года до этого напечатавшую некролог о скончавшемся на родине Разговорове. Упрекнули, что Лукашин "без разрешения" опубликовал в "Семье и школе" перевод рассказа Боба Шоу "Счастливейший день в твоей жизни".

Обошлось выговором по партийной линии. Все понимали, что это чисто ритуальное действо. Но потом один из пермских писателей, в ту пору секретаривший в местной организации СП, проговорился, что речь шла даже об аресте... Впрочем, он мог и преувеличивать степень опасности. В октябре 1984 года бюро обкома (больше им заниматься было нечем?) приняло решение по "Рифею". Пытались сменить председателя, предлагали эту должность писателю Авениру Крашенинникову, но тот "с благодарностью" отказался. Рекомендовали усилить руководство клуба коммунистами, в частности, Владимиром Пирожниковым (хоть коммунистов среди руководства КЛФ и так было немало).

- Теперь кажется, что бюро обкома принимало свое решение на основе решения тогдашнего главного идеолога партии Горбачева, - говорит Лукашин. - Узнается его стиль: с клубами нужно строго разобраться, но не закрывать, а оказывать содействие.

По "Рифею" прокатились катком четыре проверки (но все ж таки не 17, как в Ростове-на-Дону). Фэны стали продолжать свою деятельность, но уже убедившись, что управляют страной потрясающие дураки.

- Мое объяснение происшедшему такое. На знаменах клубов совершенно искренне было начертано: "Коммунистическое воспитание молодежи". Девяносто пять процентов КЛФ, действительно, всерьез хотели помогать партии в ее "нелегком деле". Но господа наверху в коммунистические идеалы не верили и принимали нас то ли за изощренно замаскированных врагов, то ли за карьеристов, которые хотят быть ортодоксальнее членов политбюро, а это тоже надо пресекать...

Давление сверху на клубы любителей фантастики ощущалось, пожалуй, до 1987 года. Написанная Лукашиным кандидатская диссертация о фантастике ГДР легла под сукно, потому что едва он ее написал, как двое ведущих восточногерманских фантастов, Гюнтер и Иоганна Браун, со скандалом вышли из тамошнего союза писателей.

Но, пожалуй, самый мощный удар по существованию КЛФ нанесли не идеологические пастыри, а... надвигающийся рынок с его книжным изобилием. Раньше только в клубе можно было разузнать о новостях мирового фэндома, раздобыть самодельный перевод "не рекомендованного" у нас автора, взять в клубной библиотеке новинки отечественных авторов. Теперь же - заходи в любой книжный магазин, были бы деньги... Но "Рифей" выпестовал то явление, которое зовется "пермской волной фантастики" и представлено именами В. Пирожникова, Е. Филенко, М. Шаламова, В. Букура. Подрастает и следующее поколение - С. Щеглов, А. Илларионов, С. Гимадеев.

Молодежь создала новый КЛФ "Солярис". Нынче изобилие книжного рынка перевалило за грань, когда уже очень непросто разобраться в потоке выходящих НФ-новинок. Опять же стали доступны многие зарубежные фантастические фильмы и сериалы - есть что обсуждать. И потихоньку заявляют о себе очередное поколение пишущих фантастику. -В общем, фэны во что бы то ни стало хотят общаться, проводить конвенции, выпускать фэнзины... Смотри начало статьи. Фэндом не умирает.

    В. КРОТОВ.



Русская фантастика > ФЭНДОМ > Клубы >
А Б В Г Д З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Ц Ч Ш Э | Другое о КЛФ
Русская фантастика > ФЭНДОМ >
Фантастика | Конвенты | Клубы | Фотографии | ФИДО | Интервью | Новости
Оставьте Ваши замечания, предложения, мнения!
© Фэндом.ru, Гл. редактор Юрий Зубакин 2001-2018
© Русская фантастика, Гл. редактор Дмитрий Ватолин 2001
© Дизайн Владимир Савватеев 2001
© Верстка Алексей Жабин 2001