История Фэндома
Русская Фантастика История Фэндома История Фэндома

Вас. Захарченко

К РАЗГОВОРУ О НАУЧНОЙ ФАНТАСТИКЕ

СТАТЬИ О ФАНТАСТИКЕ

© В. Захарченко, 1953

Октябрь. - 1953. - 2. - С.166-170.

Пер. в эл. вид Ю. Зубакин, 2001

Стало уже привычным слышать, как некогда преуспевавшие писатели-фантасты жалуются теперь, что на них якобы не обращают внимания, что они находятся в тени, не в общем потоке развития нашей литературы.

Нужно прямо сказать, что жаловаться на свою печальную судьбу у наших фантастов нет никаких оснований. Фантастика - любимейший жанр детей и юношества.

Научно-фантастические книги печатаются огромными тиражами.

Фантасты широко печатаются в юношеских и детских журналах. Более того, есть и критика на эту литературу. Нет, по-моему, ни одного научно-фантастического романа или повести, на которые не было бы критики. Правда, критика бывает разная. Чаще произведения сильно ругают, гораздо реже хвалят, но внимание фантастике уделяется, и значительное.

Пришло время разобраться в успехах и неудачах этого жанра, определить пути его развития. Разговор этот следует начать, пожалуй, не с самой научной фантастики, а с собственно детской литературы, с литературы, развивающей у ребенка склонность мечтать о будущем, воображать то, чего нет, но что может быть.

Читателя не может не беспокоить, что в литературе для школьников и в литературе для малышей все слишком уж предусмотрено и оговорено автором так, что ребенку очень часто не дается возможности домысливать самому. Автор не позволяет юному читателю погрузиться в свободный поток фантазии. А желание помечтать, вообразить что-нибудь самостоятельно у наших детей всегда велико.

Начнем разговор хотя бы с той литературы, с которой впервые встречается ребенок, - со сказки. Сама по себе сказка живет и будет жить вечно, пока существуют дети. Но наша, советская сказка, с моей точки зрения, еще не оформилась. Советской сказки в широком смысле этого слова еще не существует. Имеются лишь отдельные попытки создать новую сказку.

Раньше народ вкладывал в сказку свою мечту о лучшем и недостижимом. "Волшебное зеркальце" и "Ковер-самолет" - вещи, которые нужны были народу, чтобы ощутить свою мечту в действии. Теперь эти сказочные аксессуары уже отмерли, они не нужны. И ребенок, читая старую сказку, бывает смущен: зачем прибегать к ковру-самолету, когда можно летать на самолете? Зачем волшебное зеркальце, когда есть телефон, телевизор, радио? Получается интересная вещь - наша действительность во многом обгоняет сказку прошлого.

Было время, когда некоторые педагоги решили, что сказка вообще не нужна. Решив так, они объявили сказке войну.

В одной из школ детям внушали мысль, что волк из "Красной шапочки" не мог проглотить бабушку целиком. И дети поверили. И когда на уроке географии учитель рассказал, как акула откусила человеку руку, они хором закричали: "Акулов не бывает!" Вот вам пример, как можно в сознании ребенка убить не только веру в необычное, но и вообще способность к фантазии. Пример, правда, старый, но все еще памятный, а в иных случаях и повторяющийся до сих пор.

Сказка - самостоятельный жанр. Но вместе с тем она и поэтические подступы к любой научно-фантастической литературе. Вопрос о советской сказке неотрывен от советской фантастики. Кое-что в этом смысле у нас успело наметиться.

Вспоминается прекрасная сказка Гайдара. Вспоминается "Старик Хоттабыч" Л. Лагина. Эта книга интересно задумана. Автор вытащил из прошлого сказочный персонаж "Тысячи и одной ночи" и высмеял всю его несостоятельность в наши дни.

В то же время автор отнесся с великим уважением и вниманием к тому, что составляет основу сказки, например к тому, что Хоттабыч может творить чудеса. Нельзя не вспомнить также пьесу и книгу В. Губарева "Королевство кривых зеркал". Как будто старое по форме произведение автор обогатил новой темой. И хотя "Алиса в стране чудес" порой проскальзывает в "Кривых зеркалах" В. Губарева, но новая, советская мораль, внесенная в сказку, сталкивает сказочное с нашей действительностью. А это уже интересный перелом.

Однако все это - лишь скромное начало.

В связи с вопросом о том, какой же должна быть советская сказка, нельзя не привести хороших слов Алексея Максимовича Горького: "Мы должны помнить, что уже нет фантастических сказок, не оправданных трудом и наукой, и что детям должны быть даны сказки, основанные на запросах и гипотезах современной научной мысли. Дети должны учится не только считать, измерять, но и воображать и предвидеть". Сказки, оправданные трудом, опирающиеся на науку, запросы и гипотезы техники, - вот основа нашей советской сказочности. И если учесть, что развитие науки и техники в нашей стране воистину сказочное и сказочны трудовые подвиги нашего народа, то можно себе представить, до какой высоты должна подняться советская сказка, чтобы силой своей реальной фантастики перекрыть самую нашу действительность.

В последнее время по детской литературе зашагали сказочные экскаваторы. Но это только скромные намеки на ту большую задачу, которую поставил перед нами Горький.

Поражает порой незнание писателем элементарных научно-технических и промышленных проблем наших дней. Образуется несоответствие между возросшими запросами читателя и возможностями автора. Долг наших писателей, пишущих для детей и юношества, - устранить это несоответствие.

Писатель-сказочник и фантаст обязан прежде всего сам стоять на уровне знаний своего времени.

Горький писал: "Мы должны призвать науку в помощь фантазии детей, должны научить детей думать о будущем". Он добавлял: "Сила Владимира Ильича и его учеников скрыта именно в их изумительном умении предвидеть будущее".

Иногда приходит мысль, почему Уэльс, которого В. И. Ленин познакомил с картой ГОЭЛРО, не увидел великой ленинской мечты? Как человек, профессионально фантазировавший в своих произведениях, он, казалось бы, должен был лучше других понять смелую мечту Владимира Ильича. Но Уэльс не понял Ленина. И это вполне закономерно: о будущем можно думать по-разному.

Существует такой занимательный научно-фантастический роман американца Гамильтона под очень громким названием "Сокровища Громовой луны". Роман замешен на крепкой закваске и руками опытного фантаста. Действие происходит в середине будущего века, в 2050 году. Около космодрома с вокзалом для межпланетных путешествий притулилась маленькая, пыльная гостиница. На чердаке ее группа безработных мечтает о куске хлеба. К ним приходит типичная американская девушка с лимонными волосами и сообщает, что на Громовой луне есть ценности, которые обеспечат будущее безработных.

И вот безработные летят на Громовую луну. За ними гонятся межпланетные полицейские. Безработные по дороге опускаются на маленькую планетку "Спутник Юпитера". Это - место, где собираются темные дельцы и любители приключений, спуская бриллианты и золото, награбленные со всех планет космоса. Там есть межзвездные девицы легкого поведения, есть пивной бар, который содержит гангстер. Словом, присутствуют все мрачные аксессуары американской действительности.

Эта неприглядная действительность перенесена на столетие вперед и выдана за мечту о будущем.

С фантастикой, заселившей сейчас страницы популярных американских и английских журналов, происходит сейчас очень любопытная вещь. Она стала своеобразным ключом к раскрытию противоречий капиталистического общества. Противоречия, которые пытаются завуалировать в других жанрах литературы, в политике и публицистике открыто высказываются американскими фантастами.

То, что на уме у идеологов капитала, - на языке у фантастов. Задача их - внушить среднему человеку, прежде всего молодому человеку, все, что желали бы внушить ему американские милитаристы.

В первую очередь широко пропагандируется тема войны. Эта тема основная. Тема войны на земле уже не затрагивает воображения. Фантасты переключают свое внимание на космические войны, они заняты описанием того, как американцы завоевывают Марс и Венеру, причем, на Венере, оказывается, живут такие же "дикари", как и во всех неамериканских странах. Кто является героями этих военно-космических романов? Это гангстеры, захватывающие космический корабль для пиратских набегов на новые планеты. Это американские "супермены", творящие чудеса. Это бандиты межпланетных такси, шпионы с Марса.

Что еще характерно для американской фантастики? Это - явное неверие в возможность хорошей жизни на планете. Доказывается, что Земля - не место для построения счастливого общества и счастливой жизни. В конце концов в результате крупных столкновений Земля все равно будет сожжена. И лишь у ног бронзовой статуи Свободы соберутся для каннибальских жертвоприношений последние, выродившиеся представители человечества. Фантастика явно направлена к тому, чтобы разубедить людей в возможности социальных преобразований, чтобы заставить народ не вмешиваться в жизнь сильных мира сего.

Наконец, появился сейчас целый поток атомной литературы. Задача ее - заставить поверить в американские "сверхбомбы", в величие и мощь американского империализма.

Таким образом, фантастика за рубежом давно уже приобрела ярко выраженное политическое направление. Это - идеологическое оружие современного капитала. Наша советская фантастика все более становится прямым продолжением действительности. Мечта, по выражению Сергея Мирнонвича Кирова, - это первый вариант плана. Кому, как не нам, известны законы развития общества? Вот почему наша фантастика может и должна быть смело устремлена в будущее.

И вот, когда мы смотрим на фантастику с этих высоких позиций, становится ясным, как мало мы еще сделали. И напрасно фантасты жалуются на недостаток внимания. Дело не в этом. Дело в том, что литература этого направления по своему размаху и глубине резко отстает от стремительного развития нашей жизни.

Попробуем разобрать, в силу чего это происходит.

Наша фантастика пережила несколько этапов. К первому этапу надо отнести раннюю советскую фантастику. Она следовала очень часто законам западной фантастики. Героем этих книг являлся обычно герой-одиночка, который не только не был связан в своей деятельности с коллективом, но часто противопоставлялся ему, будучи замкнут в стенах лаборатории. Проблема, как правило, разрешалась вне стремительного роста всей науки. Влияние западной фантастики иногда принимало уродливые формы.

Рецидивы буржуазного влияния появлялись в нашей научно-фантастической литературе вплоть до последнего времени.

Вспомним, например, "научно-фантастическую" повесть Г. Гуревича "Человек-ракета", написанную им в соавторстве с Г. Ясным. Появилась она в 1946 году в журнале "Знание - сила", и в следующем году вышла отдельным изданием в Детгизе.

Центральная печать расценила сочинение Г. Гуревича и Г. Ясного как "халтуру под маркой фантастики". Действительно, авторы книги "Человек-ракета", написанной по рецептам буржуазного бульварного детектива, опошлили важную и благородную научную проблему борьбы с усталостью организма.

Другой пример - роман В. Брагина "В стране дремучих трав". Интересный познавательный роман. Но автор, дав герою лекарство, делающее его крохотным, низвел человека - царя природы - до положения существа, стоящего гораздо ниже насекомого. Беспомощный человек этот одиноко бродит среди насекомых, изучает, правда, их повадки, но отторгнут от жизни и поставлен в полную зависимость от сил природы. Автор также попытался скопировать западные романы, не давая себе отчета в особенностях нашей советской литературы и нашей советской науки.

Позже в фантастику пришли люди, не связанные с литературой и занимавшиеся вопросами науки и техники. Пришел И. Ефремов - доктор наук, палеонтолог. Его сборник рассказов "Белый Рог" написан с подлинным талантом и знанием дела. Пришел А. Студитсякий [А. Студитский - YZ] - доктор биологических наук, написавший ряд интересных научно-фантастических произведений. Пришли изобретатели, такие, как В. Охотников, инженеры, как А. Казанцев и В. Немцов. Они принесли с собой известные успехи в область фантастики. Успехи эти нельзя не замечать. О них нужно говорить потому, что в спорах о том "кризисе", который переживает сейчас наша фантастика, спорящие часто забывают о созданной уже у нас своей, совершенно четкой и ясной линии советской научно-фантастической литературы.

Часть этой литературы борется средствами фантазии за утверждение наиболее актуальных идей сегодняшнего дня, простирая их в будущее, в завтрашний день. В этом смысле нельзя не сказать о книге В. Немцова "Золотое дно", затронувшей проблемы добычи нефти со дна Каспийского моря. Проблема эта стоит перед нашей наукой, уже решается ею. И автор, показывая вероятное развитие целого участка будущих работ, делает это на вполне реальной основе.

Однажды мне пришлось столкнуться с интересным фактом. Не помню, из Махачкала или из Баку было прислано в Министерство нефтяной промышленности письмо инженера, полное возмущения. "Как так? - писал инженер. - На страницах журнала "Техника-молодежи" появляются мои проекты использования недр Каспийского моря. Я год назад послал в Министерство документ по тому вопросу. Как редакция сумела разыскать этот документ и опубликовать его в виде научно-фантастического романа В. Немцова "Золотое дно"?"

Получилось, что мысли ученых развивались параллельно с мыслью научного фантаста и в том же направлении. Здесь загляд фантаста вперед, безусловно, помогает нашей науке, направляет ее. Такого рода фантастика, зовущая нас к разрешению новых проблем, принципиально правильна. Нельзя не отметить с этой точки зрения и первую книгу рассказов Охотникова "На грани возможного". Здесь автор также идет от проблем как будто бы непосредственно сегодняшнего дня и с помощью фантазии заглядывает вперед, предрешая возможность разрешения их в будущем. Можно было бы назвать еще несколько интересных книг. Мне лично нравится, например, книга Ф. Кандыбы "Горячая земля". Не буду разбирать ее. Хочу остановиться лишь на некоторых общих типичных моментах. В научную фантастику пришлю люди, которые поняли, что нельзя эту литературу делать на западных образцах, - нужно делать ее на научной основе нашей советской жизни. Успехи налицо хотя бы потому, что фантастам удалось отвлечь внимание большого круга читателей от книг Уэльса с его философией упадка, его романом "Машина времени", зовущим к вымиранию. Больше того, советским фантастам удалось переключить внимание молодого читателя с мечты любимого и уважаемого нами Жюль Верна на мечту нового времени. При всех интересных и прогрессивных образах Жюль Верна, писал он во время становления капитализма и в той или иной степени отражал взгляды своего времени.

Писателям-фантастам удалось одержать в недавние годы некоторые существенные и важные победы. Но здесь мы вынуждены немножко отвлечься в сторону, перед тем как перейти к фантастике нынешних дней.

Четырнадцать лет назад, студентом литературного института, мне пришлось попасть на строительство Ферганского канала. Сотни тысяч людей с кетменями в руках работали на трассе. Работали с энтузиазмом. Это свободные люди строили канал для самих себя.

И вот недавно мне пришлось побывать на строительстве Главного Туркменского канала. Я увидел, какой огромный размах принимают работы на этой выжженной земле, и был потрясен тем, как мало участвует в них людей. Вдоль трассы обводного канала работали почти одни механизмы. Повторяю, я был потрясен величием и значением увиденного. Свободные люди опять строили канал для себя, но совсем другим способом.

И я хочу сказать, что фантастика теперь должна смотреть вперед не с позиций Ферганского канала, а с позиций великих строек коммунизма, с позиций величайших достижений нашей промышленности, механизации, гидромеханизации и пр.

Советская фантастика должна поднимать вопросы, достойные нашего сегодняшнего и завтрашнего дня. Делать это она должна на уровне развития всей советской литературы. Таковы требования нашего народа к научно-фантастической литературе. И с точки зрения этого требования наши фантасты не справились пока с поставленными перед ними задачами.

Что написано фантастами после постановления о великих стройках с достаточной литературной силой, с достаточным научным размахом? К сожалению, ничего.

Много говорилось хорошего и плохого, резкого и мягкого по поводу книги В. Немцова "Семь цветов радуги". Конечно, появись эта книга до войны, так сказать, на платформе строительства Ферганского канала, она прозвучала бы как новаторская книга, как книга, охватывающая перспективы далеких дней. Но сейчас читатель, побывавший на той или иной великой стройке коммунизма, вряд ли прочтет ее с таким же читательским волнением. Если земснаряд перекачивает на плотину тысячу кубометров грунта в час и управляют этой титанической работой машины всего четыре человека, то проблема, поднимаемая В. Немцовым в "Семи цветах радуги", в сравнении с этим невольно чахнет.

Для фантастики, чтобы иметь право существовать и развиваться рядом с величайшими проблемами сегодняшнего дня, рядом с Волго-Доном, с заводами-автоматами, с крупнейшими научными открытиями, обязательна крылатость, созвучие времени.

С этих позиций не может удовлетворить и книга "Дороги вглубь" В. Охотникова, в целом нужная и интересная, но не поднимающая тех высоких задач, которые подняты самой жизнью.

Еще хуже выглядит, с этой точки зрения, научно-фантастическая повесть Г. Гуревича "Погонщики туч", посвященная перспективам борьбы с засухой.

Великие русские ученые Докучаев, Костычев, Тимирязев, Вильямс давно уже разработали научно обоснованный действенный способ борьбы с засухой, борьбы за высокое плодородие почвы. Но не их идеи, легшие в основу великого сталинского плана преобразования природы, пропагандирует повесть Г. Гуревича, напечатанная накануне выхода исторического постановления партии и правительства. Г. Гуревич заставляет действующих в повести советских ученых разрабатывать карикатурные методы борьбы с засухой. Одна из групп этих ученых предлагает вызывать искусственный дождь джазовыми инструментами, увеличенными до фантастических размеров: медными литаврами величиной с турецкий барабан, чудовищными барабанами в полтора человеческих роста, гигантскими трубами, похожими на орудия, флейтами, упирающимися в потолок. Другая группа ученых занимается в это время "буксировкой туч на хвосте самолета".

Сюжет повести построен на водевильном конфликте между сторонниками "буксировки туч" и приверженцами "джазового дождевания". Это ли не галиматья? Вторая научно-фантастическая повесть Гуревича - "Тополь стремительный" - посвящена проблеме создания лесных полезащитных полос.

Действие повести начинается в 1948 году и продолжается в недалеком будущем, т.е. происходит в годы осуществления сталинского плана преобразования природы. Казалось бы, естественно для автора попытаться ярко и увлекательно рассказать о той грандиозной работе по созданию лесных полос, которая развернулась в нашей стране. Однако читатель найдет в книге только беглые упоминания об этом.

Содержанием повести автор сделал борьбу между двумя советскими учеными - Роговым и Кондратенковым, работающими над проблемой убыстрения роста деревьев. Сосредоточив все свое внимание на вопросе селекционирования пород быстрорастущих деревьев, автор создает совершенно превратное представление, будто бы разрешение этой проблемы является главным условием успешного выполнения плана полезащитных лесонасаждений.

Советских ученых автор показывает истеричными, подловатыми, преисполненными мелкого самолюбия, нетерпимыми к мнению своих коллег. Ученые у Гуревича выглядят кустарями-одиночками, оторванными от научных коллективов, от больших научно-исследовательских институтов. Дело селекционирования пород быстрорастущих деревьев предстает в повести как частное дело Кондратенкова и Рогова.

Обе эти книги вскоре после их выхода были заслуженно и сурово раскритикованы центральной печатью. Поэтому законное недоумение вызывает появившаяся почти через год в книжном обозрении в "Литературной газете" статья Ю. Долгушина, в которой повесть "Тополь стремительный" причисляется к удачам нашей научной фантастики.

Нет, это далеко не наша удача!

Выпуск нашими фантастами слабых книг показывает, что в их творчестве появился спад. Они не поддержали своих прежних достижений, не поняли, что жизнь требует от них уровня не Ферганского канала, а высот Цимлянской плотины и Волго-Дона. Их фантастика отстала от жизни. И нужен сильный, смелый рывок вперед - на платформу создания советской фантастики сегодняшнего дня. Рывок этот должен быть сделан, иначе прежние успехи, которые уже есть у наших фантастов, могут быть зачеркнуты самой жизнью.

Надо отказаться от попыток демонстративно отойти от фантастики в литературу других жанров. Мысль об этом высказывается в литературных кулуарах. Дескать, "мы хотим заниматься другой литературой, - я вот, например, психологический роман пишу". Нет, фантастам дано много. Они завоевали любовь читателей, и уходить сейчас от фантастической литературы - значит показывать свое бессилие.

Фантастам надо подумать о перспективах своего роста, пойти навстречу требованиям читателя, с нетерпением ожидающего настоящую, большую научно-фантастическую литературу.

В заключение - несколько замечаний. Вспомним, какие образы героев из книг фантастов живут в сознании наших детей? Их почти нет. Наши фантасты не создали еще образа героя, к которому нужно стремиться молодому человеку, желающему мечтать. Почему? Потому, видимо, что произведения наших фантастов созданы на низком литературном уровне. Образы людей будущего встают с книжных страниц бледными.

Хороша, например, книга Н. Лукина "Судьба открытия". На выразительном литературном языке рассказано в ней о борьбе и скитаниях ученого до революции. Но когда автор переходит к советскому периоду работы ученых, у него неожиданно блекнут краски.

У нас могут и должны быть представлены все жанры научной фантастики: роман, повесть, рассказы, очерки, пьесы, стихи. Надо приветствовать очерки К. Андреева, рассказывающие о высокой науке и одновременно заставляющие читателя смотреть в будущее. Надо приветствовать пьесу "Тайна вечной ночи" И. Луковского, посмотрев которую ребенок начинает грезить и мечтать о романтике морских глубин. И очень жаль, что у нас нет ни одного фильма, который бы, подобно настоящему фантастическому роману, заставлял мечтать нашу молодежь.

Мы призываем фантастов к тому, чтобы они осмыслили пути развития науки и техники нашей страны на уровне нашего великого времени, чтобы они улавливали те моменты в нашем развитии, которые почти уже готовы "оторваться от земли", почти находятся в полете, настолько они окрылены романтикой строительства, романтикой науки.



Русская фантастика > ФЭНДОМ > Фантастика >
Книги | Фантасты | Статьи | Библиография | Теория | Живопись | Юмор | Фэнзины | Филателия
Русская фантастика > ФЭНДОМ >
Фантастика | Конвенты | Клубы | Фотографии | ФИДО | Интервью | Новости
Оставьте Ваши замечания, предложения, мнения!
© Фэндом.ru, Гл. редактор Юрий Зубакин 2001-2018
© Русская фантастика, Гл. редактор Дмитрий Ватолин 2001
© Дизайн Владимир Савватеев 2001
© Верстка Алексей Жабин 2001